Война миров. Второе пришествие

Я уверен, что все спланировано очень грамотно. Швейцар, несомненно, несколько переигрывает, но в целом, должен признать, эффект потрясающий.

Тапер, заметивший в первом ряду Джека и Аннет, сидящих на местах и не собирающихся никуда уходить, решил наконец вернуться к работе. Кинув взгляд на экран, он мгновенно подобрал нужную тональность и заиграл подобающую действию тревожную мелодию. Зрители стали возвращаться на места. Двое человек помогли швейцару подняться, повели его под руки из зала. Дверь за ними закрылась.

На экране герой выскочил из окопа и побежал через небольшой пустырь. Вдруг в дерево, стоящее неподалеку, ударил яркий луч. Оно моментально вспыхнуло факелом, и бегущий мужчина невольно отшатнулся. На горизонте вспыхивало и искрило. Над лесом метались изломанные тени. Мужчина прыгнул в сторону, присел за перевернутым паровиком. Из-за края экрана полетели обломки штукатурки и черепицы.

В это время здание кинотеатра сотряс еще один толчок. Не очень сильный, но вполне ощутимый, на этот раз он был воспринят публикой в зале гораздо более адекватно.

Пару раз хлопнули в ладоши, послышались одобрительные замечания. Джек повернулся к Аннет и слегка приподнял брови. Аннет понимающе кивнула. Получалось, что они присутствовали при рождении новой эры кинематографа. Скука совершенно уступила место предвкушению успеха. Джек удовлетворенно сложил руки на груди.

Внезапно дверь в зал снова открылась, вбежали люди. Все зрители как по команде обернулись, чтобы не пропустить очередной момент представления.

– Они вернулись!

– Спасайтесь!

Ворвавшиеся стали бегать по рядам и трясти людей, которые должны были, видимо, поддержать их настрой и как-то отреагировать. Потрясенные зрители, однако, ограничились только наблюдением, отчего тормошившие их начали паниковать еще больше.

– Забудьте про кино! Это не шутка!

– Они уже здесь!

Секунду понаблюдав за происходящим, Джек заметил:

– На мой вкус, это перебор. Это как-то не укладывается в сценарий фильма.

В это мгновение в голове Джека словно проскочила молния. Воспоминание предстало перед ним со всей возможной отчетливостью и достоверностью. Ему даже показалось, что он снова сидит в своей гостиной. Мягкий диван и множество подушек поддерживают тело в полулежачем положении, в руках шуршит свежая газета «Лондон Телеграф», от сигары поднимается тонкая змейка дыма и, пересекая солнечный луч, растворяется под потолком.