Схватки в тупиках (сборник)

Как только это случилось, вороны поднялись и понеслись к своему дереву – держать последнюю линию обороны от меня, надо полагать. Я было, хотел тут же в азарте атаковать их гнездо и перебить всех, кого там встречу, но вдруг почувствовал великое отвращение.

На меня такое периодически накатывает – изжога от долгой жизни, надо полагать. Мне вдруг расхотелось лезть на проклятое дерево, сносить удары клювов, слышать жалобные писки птенцов и хруст костей на своих зубах… Даже привкус свежей крови уже не возбуждал. Азарт и радость победы куда-то схлынули, и мне жутко захотелось оказаться в хорошо пахнущем месте, где можно одурманить мозги и на время забыть о проблемах.

Я такое место знал и пошёл туда, оставив ворон встревоженно каркать на своём тополе. Земля, которую я отнял у Мээка, была ещё тем хороша, что примыкала к пустырю на речном обрыве. Пустырю, в такое время сплошь заросшему цветущей балдёж-травой[3 - Кошачья мята.]. И теперь мне не надо было, как раньше, пробираться через враждебные земли, чтобы слегка забыться в хорошей компании.

Можно было двигаться кружным путём, но можно и срезать, перебежав маленький скверик. Я не любил это делать – тут вечно торчали двуногие, дымя вонючими палочками, лакая из стеклянных плошек свои отвратительные жидкости, от которых их голоса становились громче, а поступки – глупее. Сунься сюда вечером, можно и по голове схлопотать такой плошкой, с них станется. Но сейчас был день и в скверике почти никого. Я бы пересёк его в одно мгновение, но меня остановил голос:

– Ты погляди, какой красавец!

Если вы думаете, что котам не свойственно тщеславие, вы сильно ошибаетесь.

А если думаете, что коты не понимают вашу речь, вы тоже ошибаетесь, но не сильно. Да, для большинства из нас человечья речь – набор грубых, иногда пугающих звуков, вроде шумов грозы и ветра. Но некоторые из нас начинают постепенно понимать, что нам хотят сказать эти странные и страшноватые существа. Вы то есть. Сначала реагируют на интонацию, а потом и смысл доходит. Не такие уж мы и разные, если разобраться… А я не всегда жил на улице, и прекрасно понял, что чёрненькая двуногая дама похвалила мои стати.

Я не принадлежал бы кошачьему роду, если бы не остановился, чтобы мною подольше полюбовались. Когда тебя хвалят, это почти так же приятно, как нюхать и лизать балдёж-траву.

– Ага, прямо как твой, про которого ты писала.

Толстый двуногий самец, сидящий рядом с девушкой, пыхтя своей вонючей палочкой, понравился мне гораздо меньше, чем она.