Остап Бендер в Крыму

И когда автомобиль взобрался по склону, а затем выехал на поляну, окруженную соснами, Барсуков приказал:

– Остановись. Здесь продолжим разговор. Выходи.

Компаньоны подчинились приказу и, с вывернутыми карманами, стояли у машины в окружении бандитов.

– Так. Первый вопрос, – прошелся Барсуков мимо задержанных. – Какое вы имеете отношение к начальнику Симферопольского ГПУ?

– Никакого! – горячо выкрикнул Остап. – Мы его даже и не знаем!

– Не знаем, товарищи! – молитвенно сложил руки на груди Козлевич.

– Никакого отношения, дорогой товарищ, никакого! – затараторил убежденно Балаганов.

– Никакого? – прищурил глаза Барсуков. – Что же он так просто дал вам свой автомобиль, чтобы вы поехали в Севастополь? – снова ткнул он маузером Бендера. – С какой это стати, а, господа-товарищи? – усмехнулся главарь. – Вы слышали? – посмотрел он на своих головорезов. – Главный гэпэушник дает им для поездки свой служебный автомобиль, а они его даже и не знают.

Послышались смешки, хохоток бандитов.

– Шлепнуть их, Вадим, и точка, – сказал один из них.

– Это успеется, Гриша. Вначале пусть они нам все расскажут, как там с нашими ребятами в ГПУ, а потом…

Компаньоны все больше и больше осознавали, в какой переплет они попали, слушая такие слова под наведенными на них стволами винтовок, наганов и маузеров.

– Так вы, выходит и не гэпэушники, – рассмотрел Барсуков удостоверения и содержимое карманов путешественников.

Бендер уже давно понял, что эти люди не являются представителями власти, а скорее всего бандиты.

– Я же говорю, товарищи, что к ГПУ мы не имеем никакого отношения. Кля нусь. Мы сами обходим их седьмой дорогой, уверяю вас, уважаемые, господа хорошие. Вы же видите в документах, что мы из Киева.

– И машина наша, а не гэпэу – взмолился Козлевич. – В Харькове куплена, есть документ…

– И едем в Севастополь, чтобы почтить память морского офицера, вот его отца, – указал Остап на Балаганова, – капитана второго ранга, верой и правдой служившего своей родине… А заодно поинтересоваться и археологическими находками тамошнего музея, господа хорошие, уверяю вас, – горячо говорил Бендер.

– Уверяй, уверяй, не то время, чтобы верить каждому. Но тому, что вы не гэпэушники, можно поверить, – согласился Барсуков. А вот где начальник ГПУ? У него ведь точно такая машина, и он должен был сегодня утром ехать.