Остап Бендер в Крыму

– А графиня Воронцова-Дашкова покидала в двадцатом Крым из этого загородного дома?

– Разумеется, нет, она уплыла в двадцатом морем из дворца в Алупке, уважаемые историки-писатели.

– Было бы очень интересно описать как это все было, какие чувства были у нее, покидая свою родину., расскажите нам, дорогая Клавдия Алексеевна.

– Да, хотя бы несколько слов об этом, – удачно вставил Балаганов, понимая своего командора.

– Что я могу вам рассказать? Совсем ничего. Ведь я была тогда не в Воронцовском дворце, а здесь.

Вот прислуга дворца в Алупке, да, она провожала графиню на пароход, ей и должно быть известно об этом. Да, разве что Анна от своих подруг-коллежек что-то может знать.

– А кто это – Анна? – спросил вежливо Остап.

– Как кто? Одна из горничных старой графини, моя дочь.

– О, это совсем удачно, дорогая Клавдия Алексеевна. Она живет здесь?

– Нет, я же сказала, что дочь живет отдельно. Она преподает английский, живет на Пушкинской… Вот с ней и можете встретиться и поговорить на интересующую вас тему, уважаемые.

– Очень и очень вам благодарен, дорогая Клавдия Алексеевна.

– И я, разрешите мне присоединиться к благодарности моего друга, – встал и поклонился Балаганов.

Глядя на своего компаньона, Остап удивился, откуда тот нахватался светских манер.

Распрощавшись с хозяйкой, они пошли парком к ожидавшей их машине и Остап сказал:

– Нет, Шура, вы делаете грандиозные успехи не только в нужном разговоре, но и в своих манерах. Похвально, друг.

– Она же из культурных, командор, сразу видно, – тряхнул своими кудрями тот.

 – Прислуживать графской семье… это не так просто, я думаю, товарищ писатель.

Остап не удержался и рассмеялся, услышав это. Сказал:

– Мне кажется, что я удачно придумал это, Шура.

– А я из газеты… – рассмеялся и Балаганов.

– Так и будем продолжать, камрад Шура. Горничная, разумеется, не из деревенских служанок, а из образованных тем более.

– Еще бы, английский язык преподает, понимать надо, командор, – с почтением к незнакомой еще горничной отозвался Балаганов.

 – Какие-нибудь слова по-английски вы знаете, товарищ Бендер?

– Ни одного, Шура. Только несколько немецких, камрад, например, что означает приятель, друг. Как вы уже это усвоили с Козлевичем.

Адам Казимирович спал, но как только молочные браться взялись за ручки дверец автомобиля, он сразу же проснулся. Провел рукой по своим неизменным усам и спросил:

– Ну, как? Удачно, братцы?

– Удачно, Адам.