Журнал «Фантастика и Детективы» №2 (14) 2014

Возраст, проклятый возраст!

Приземистое коричневое здание выглядело угрюмым. Больница есть больница. Безразличный клерк в регистратуре оторвался от груды бумаг, чтобы сообщить: миссис Сполдинг, третий этаж направо, в сознании, врач будет завтра, подробности у медсестры на этаже. Джереми с отвращением втиснул себя в кабину – он терпеть не мог больничные лифты с их теснотой и запахом дезинфекции. Палату он нашел сразу. Ба дремала, откинув голову на подушку, беззащитная, маленькая, в отвратительной белой рубахе.

– Просыпайся, Ба! Овечкам пора на лужок.

Бабушка улыбнулась, не открывая глаз:

– Дуглас, ты почистил зубы? Молоко выпей! И никаких конфет…

Не узнает. Монготройд шагнул к постели:

– Ба, это я, Джереми. Ты в больнице, все хорошо.

Лицо бабушки дрогнуло, блекло-голубые глаза распахнулись – ясный взгляд здорового человека.

– Доброе утро, милый! Мне снилось, что твой папа и дядя Том подрались в ванной за право написать зубной пастой на зеркале «Мама, я тебя люблю!».

Монготройд хихикнул, представив своего стокилограммового дядюшку за подобной забавой:

– Они и вправду так развлекались?

– О, да! И поверь, Джереми, это было самой невинной из их забав. Как твои дела?

– Отыскал мальчишку, который сбежал из дома. Взял хороший куш на свидетелях избиения папарацци.

– Это твой клиент, понимаю, – бабушка хитро посмотрела на Джереми.

– Нет, не женился. И не планирую. Как ты себя чувствуешь, Ба?

– Совершенно здорова. Сердце как у девчонки, аппетит прекрасный, по утрам очень хочется танцевать.

– Ты красавица, Ба! – Монготройд потянулся поцеловать бабушку в прохладную щеку. Она поморщилась:

– Опять пил?

– Совсем немного, Ба. Мы с приятелем зашли в бар обсудить его проблемы с девчонкой. Засиделись, потом позвонила мама, сказать, что ты в больнице.

– Они считают меня сумасшедшей, – спокойно сказала бабушка. – Год назад у нас сменился директор пансиона. Господин Циммерман переехал в Техас, ближе к сыну, а на его место явилась мисс Фуллер и за год взяла всех в ежовые рукавицы. Никаких прогулок в городе, никаких домашних животных, даже фиалки на окнах ей не угодили. Стариков стали пичкать успокоительными, обращаться с нами, как с детьми или идиотами.