Берега свободы

Потом отвесил бедняге смачную оплеуху.

– Ну ты, – сказал он, – ты как гостей встречаешь?!

– Пошли вон, – завизжал инвалид. – Вон пошли из моей частной собственности!

Юра достал носовой платок, которым недавно протирал свою любимую машину, и затолкал инвалиду в рот. Тот дергался всем телом, старался отпихнуть его слабыми ручками, но ничего не мог поделать.

– Будешь орать?! – говорил Закидон. – Я тебя спрашиваю – будешь орать? Или будешь сидеть тихо?..

Экзекуция над инвалидом меня порядком покоробила.

Я смотрел на это безобразие с осуждением, но не вмешивался.

– Эта тварь нам денег должна, – сказал Юра, – много уже накапало. Пришлось ему счетчик включить.

Я молчал.

Инвалид тем временем выплюнул платок и снова заорал:

– Ничего я тебе не должен. Не буду платить, я сказал! Помогите, убивают!

– А ну-ка, – обратился Юра ко мне, – Калита, сломай ему руку. Чтобы не орал…

Я замер в растерянности.

Инвалид, между тем, испуганно замолк, глядя на меня. В его глазах был страх и жертвенная тоска.

– Ну чего ты?! Я сказал, сломай ему руку!

Я нерешительно подошел к инвалиду, потянулся к нему, но он отдернул правую руку, прижал ее к себе.

– Все, я молчу, молчу, я вас внимательно слушаю.

– Поздно слушать, – сказал Юра. – Я тебе уже все сказал… – И обратился ко мне: – Ты не смотри, что он несчастного из себя корчит. У этого воротилы половина магазинов на Брайтоне. Это коммерс известный. А что живет, как фуфел, так это его собственный выбор. Экономный очень.

Он только на сиделке не экономит. Ты бы его сиделку видел. Не девочка – конфетка.

– Не сметь! – выкрикнул «коммерс». – Она святая. Она мне помогает после аварии.

– Угу, святая. Помогает. За большие деньги. Отсасывает тебе, наверное. Если у тебя, конечно, еще стоит. Ты давай лучше быстрее думай – как заплатишь. Мне деньги нужны прямо сейчас!

– Ничего я вам не дам, – опять уперся инвалид.

– Вот мудак! – расстроился Юра. – Ну все, Калита, ломай ему руку.

– Нет-нет, – закричал несчастный.

Я понял, что никуда не деться, придется это сделать – поймал его руку и вывернул до характерного хруста. Он завизжал, как поросенок. И умолк. Сломанная конечность повисла, неестественно вывернутая.

– Со смещением перелом, – одобрил Закидон. – Качественный. Ну чего? Бабки будут? Или нам вторую ломать?

– Дайте телефон, – тихим голосом попросил инвалид. – Мне надо позвонить. Деньги принесут.

Юра достал мобильный.

– Диктуй номер.