Сделай это нежно

Вспомнил, как тот «Наполеон» сказал, что блеска в его глазах нет. А откуда ему взяться, этому блеску, если жизнь такая скучная. Сплошь – скучная. Он бы охотно на тот остров отчалил, о котором мужик говорил. Наверное, там и солнце, и море, и рыбу можно ловить. А то, что стена – так стена та не для него. Кстати, что это за остров такой?

Набирает Петя в Интернете сведения о Наполеоне. Но не о том, что ему сегодня мозги пудрил, а о настоящем – императоре. И выпадают ему картинки – репродукции портретов знаменитого полководца и бесславного изгнанника в разном возрасте.

И видит Петя картину Поля Делароша: сидит его собеседник, ноги в белых лосинах и высоких сапогах расставил, взгляд тяжелый, «из-под бровей», вокруг – беспорядок, камзол скомкан. И так он похож на того, чья физиономия на экране маячила!

И о Джеймстауне – порте на острове Святой Елены, – о Лонгвуд-хаусе, окруженном стеной, есть.

И можно обо всем этом не думать.

Разве что сделать еще один прикол, так, для развлечения.

Хотя ничего себе – развлечение! Выводит Петя на скайпе одним пальцем имя Саши Ломаного.

И думает про себя, что он скоро совсем рехнется, хоть на стенку лезь. Можно было бы, конечно, спиться, как нормальному человеку в его состоянии полной свободы и одиночества. Можно эмигрировать куда глаза глядят или просто путевку купить в Шарм-аль?Шейх. Можно пойти в какой-нибудь клуб, снять себе хорошую шлюху, деньги есть – «субару» подождет.

«Кликает» Петя на вызов, ждет.

На экране возникает лицо Сашки – радостное и немного растерянное.

– О, старик! – кричит Петя. – Привет! Прикинь: Ленька – ну, ты его знаешь! – написал, что ты, что ты… Прости! Что ты ласты склеил! Прикинь, какой козел! Это ж надо так пошутить! У меня из-за этого весь вечер наперекосяк! Рад тебя видеть! Как ты?

– Привет, – говорит Ломаный. – Я тоже рад! Не ожидал, что ты меня вспомнишь…

Петя подумал, что, да, действительно, какой же он остолоп, почему никогда не звонил Саше.

Как-то лет шесть назад случайно встретились в городе: «Как ты?» – «Нормально. А ты?» – «О’кей!» И разбежались в разные стороны. Словно не было тех кухонь с портвейном и гитарой, тех экзаменов по алгебре, когда они друг другу «шпоры» подсовывали и оба оказались за дверью – для пересдачи.