Придуманный мир

Волков он так и не увидел, а увидел своего отца, обхватил его за шею обеими руками, прижался к его груди и снова заснул.

А утром Вовка проснулся под плач мамы, братика и сестры – и узнал, что их отец умер, оставив их одних…

Март 2008 г.

Характер вологодского мужика

Про моего деда Ивана мне рассказывали, что он был спокойный, добродушный мужик, высокий, с красивыми правильными крупными чертами лица. Был он не многословен – скорее, молчалив.

В 1942-м году шла война…

На войну призвали четверых его родных братьев.

А сам он пока продолжал работать председателем колхоза и воспитывать, с женой Надеждой Гавриловной, своих четверых детей: Нину, Николая, Анюту и Владимира.

Однажды на колхозном собрании (это было зимой 1942-го года) он снял с себя полушубок и отдал его своему заместителю, сказав ему: "Вместе с этим полушубком я отдаю тебе и колхоз со всеми делами – и сейчас ты в ответе и за людей, и за дела".

Было тогда деду Ивану 37 лет.

После колхозного собрания он поужинал дома.

Попрощался с женой и детьми и пешком ушёл в районный центр. Это недалеко, всего в двадцати километрах от его родной деревни.

В военкомате его выслушали, с его доводами, наконец, согласились и направили добровольцем на фронт, вместе с другими земляками.

Когда я был маленьким и рос именно в этой деревне, из которой мой дед Иван ушёл на войну, многие мне рассказывали такой случай из его фронтовой жизни.

Где-то под Смоленском шли тяжёлые бои.

Дед Иван командовал артиллерийским расчетом, был уже в небольшом офицерском звании.

Однажды он, с разрешения старших командиров, отлучился на ночь в деревню, которая была неподалеку от их воинской части. Он каким-то образом узнал, что там проживает один старик, с точно такой же редкой фамилией, как и у него.

Этого старика и решил проведать Иван и поговорить с ним.

Дед этот кое-что помнил о родных местах, и разговор их затянулся до глубокой ночи. Они немного выпили и решили отдохнуть.

Прилёг Иван на пару часиков, чтобы сильно не утомлять деда и поутру вернуться к своим. Но, видимо, измотанный бессонными фронтовыми ночами, сразу же крепко заснул.

Ночью послышался какой-то странный нарастающий гул. Дед тормошил спящего Ивана и говорил ему: "Слышь ты, Иван, – беги к своим, "Тигры" идут!". Полусонный Иван выбежал на улицу в кальсонах и белой рубашке и во всю мочь побежал к своим, забыв попрощаться с дедом.