Океан. Черные крылья печали

– Значит, Ангелика об этом еще не знает?

– А я откуда знаю, знает она или не знает? Мне нет дела до этой глупой полентонэ.

– Мама?, не называй ее так!

– Не кричи на меня, Леопольдо… Умберто, скажи ему хоть что-то. Что ты молчишь? Будто набрал воды в рот. Это все твое воспитание.

– Паола, ты непоследовательна в своих утверждениях, – заметил Умберто Витале. – То ты обвиняешь во всех грехах эту чудесную девушку, Ангелику, то меня.

– Чудесную девушку?! – вскинулась Паола Витале. – Нет, вы слышали! Mamma mia[34 - Мать моя! (ит.

В кармане штанов Леопольдо заиграла музыка. Леопольдо вытащил мобильник и взглянул на экран, улыбка тронула губы, когда увидел, что звонит Ангелика.

– Мама?, – сказал Леопольдо. – Ciao[35 - Пока (ит.)]. Мне пора. Меня Ангелика ждет.

– Подожди, Леопольдо. Дай мне хоть поцеловать тебя на прощание.

Мобильник разрывался, и Леопольдо пришлось нажать клавишу "отбой". Ничего, потом перезвонит.

Паола Витале приблизилась к сыну, поднялась на носки и поцеловала в щеку.

– Не забывай нас, Леопольдо. Приходи завтра на ужин.

– Посмотрим, мама?. Ciao, папа?, – Леопольдо махнул отцу на прощание, открыл входную дверь и вышел из квартиры в коридор.

– Звони, Леопольдо, – услышал он, спускаясь по лестнице на первый этаж.

– Обязательно, мама?. Ciao.

Леопольдо вышел на улицу. Прохладный ночной ветер коснулся лица, дернул за воротник рубашки и пробежался по шее. Леопольдо улыбнулся. Взгляд пробежался по деревьям, тускло освещенным уличными фонарями, скользнул выше, оставил позади крыши домов, устремился к звездам, яркими белыми точками блестевшими в ночи, зацепился за тонкую полоску облака, за которым спрятался блеклый, покрытый серыми пятнами диск месяца.

Леопольдо потянул носом воздух. Запах еще не совсем остывшего от дневного жара асфальта смешался с ароматами цветов, росших на клумбах под домом и в горшках на балконах, создавая тем самым что-то новое, странную смесь искусственного и натурального, мертвого и живого.

Мобильник в кармане Леопольдо снова ожил. Леопольдо направился к машине, припаркованной в двух десятках метров от дома, где жили родители, на ходу доставая из штанов мобильник.

– Привет, amore mio[36 - Моя любовь (ит.)]. Прости, что не ответил раньше, только что вышел от родителей.

– Привет, милый. Хотела узнать, ждать тебя или взять такси?

– Конечно, ждать. Через пятнадцать минут буду у тебя.

– Тогда жду, Лео.