«А существует ли любовь?» – спрашивают пожарники (сборник)

– Надеюсь, вы запомнили, в аптеке сказали: я могла истечь кровью! Я могла умереть!

Он почти кричит:

– Я в двадцатый раз спрашиваю: что случилось?

– Как странно, еще вчера вам достаточно было спросить меня или послать за чем-то – и я понеслась бы исполнять! А сейчас мне все равно! Я не слышу вас, как ее! А я немножко себя поняла: я могу поступать только фанатично, безрассудно, со всем пылом или никак! Смешно! Я освободилась от вас! Я в пространстве! Надеюсь, вам ясно: мы прощаемся!

Он молчит.

– Понимаете, я с детства выдумывала. Когда не умела читать, я сидела у окна, смотрела на улицу и выдумывала. И люди, и вещи, которые я видела, тотчас превращались. Поэтому, когда я потом вновь встречалась с этими людьми и вещами, я всегда путалась, что было реально и что я сама придумывала. Я привыкла путаться. Поэтому с самого начала вы не были для меня реальным человеком. Я вам скажу фразу, вы ее все равно не поймете: «Если бы хоть кто-нибудь позволил ей себя полюбить». Я не боюсь ее сказать, потому что никто в мире не смеет меня унизить! Слушайте все: я приехала к вам сегодня, впрочем, как и вчера, и позавчера, и сидела на вашем подоконнике… Я учила историю.

– Это была моя жена!

Она кричит:

– Мне наплевать! Меня не интересуют ваши отношения с другими!.. Если бы вы понимали, что меня не волнуют ваши гнусные отношения, вы подошли бы к телефону! Но вы предали меня! И освободили… Значит, вы – не вы! Я ухожу из вашей жизни! Обратно! В пространство! Все!

Она не уходит.

– А теперь отвечайте! Учтите! Вы должны сказать мне все! Слышите? И не беспокойтесь… Что бы вы мне ни сказали, сейчас мне ничего не страшно, кроме лжи!

Она засмеялась.

– Вскрывать себе вены – это для других. Для других это подвиг – умереть, а для меня подвиг – жить. Я слушаю вас.

– Я уезжаю отсюда!

И вмиг Она совершенно потерялась.

– Когда?!

– В понедельник…

Долгое молчание.

– Можно задать вопрос… куда?

– Обратно.

– К ним? – засмеялась, – Как же я не поняла! При моей-то интуиции! Значит, ваше – «звоните» было тогда не от понимания моего страха, а от страха вашего, да? Послушайте, до чего же вы несвободный… Теперь я даже думаю, что именно это мне в вас и нравилось. Мне всегда хотелось иметь собственного котенка.