На горбатом мосту

Где пахнет сопревшею хвоей,

Где тени баюкают взгляд,

И столько же ровно покоя,

Как десять столетий назад.

Где я ни копейки не значу,

А время, как ствол под пилой,

Сочится горючей, горячей

Прозрачной еловой смолой.

«Рыжая псина с пушистым хвостом…»

Рыжая псина с пушистым хвостом

Дремлет в тенёчке под пыльным кустом

И, полусонная, в жарком паху

Ловит и клацает злую блоху.

Рядом, приняв озабоченный вид,

Вслед за голубкой своей семенит

Самый влюблённый из всех голубей…

На воробья налетел воробей —

Бьются взъерошенные драчуны,

Не замечая, что к ним вдоль стены

Тихо крадётся, почти что ползёт

Весь напряжённый, пружинистый кот.

Как хорошо, что они ещё есть

В мире, где горестей не перечесть,

В мире, дрожащем у самой черты, —

Голуби, псы, воробьи и коты.

Трёхстрочия

* * *

купила проездной —

нет, не дождусь

счастливого билета.

* * *

утром в небо взглянула,

а там – пустота:

ласточки улетели.

* * *

после грозы

капли дрожат на ветвях —

тихо смеются деревья.

* * *

тёмная влага на сучьях

подстриженной липы —

дерево плачет безмолвно.

* * *

сломанной ветке

вновь зеленеть по весне,

но на иных берегах.

«Я, скорее всего, просто-напросто недоустала…»

Я скорее всего просто-напросто недоустала

Для того, чтобы рухнуть без рифм и без мыслей в кровать.

Что ж, сиди и следи, как полуночи тонкое жало

Слепо шарит в груди и не может до сердца достать.

Как в пугливой тиши, набухая, срываются звуки —

Это просто за стенкой стучит водяной метроном.

Как пульсирует свет ночника от густеющей муки,

Как струится сквозняк, как беснуется снег за окном.

То ли это пурга, то ли – полузабытые числа

Бьются в тёмную память, как снежные хлопья – в стекло.

Жизнь тяжёлою каплей на кухонном кране зависла

И не может упасть, притяженью земному назло.

Троллейбус

Неизвестным безумцем когда-то

Прямо к низкому небу пришит,

Он плывёт – неуклюжий, рогатый —

И железным нутром дребезжит.

Он плывёт и вздыхает так грустно,

И дверьми так надсадно скрипит,

А в салоне просторно и пусто,

И водитель как будто бы спит.

И кондуктор слегка пьяноватый

На сиденье потёртом умолк.

Ни с кого не взимается плата,

И на кассе ржавеет замок.