Хост пожарче

– Мне апельсиновый!

– Правда? А я думала кокосовый с кусочками спелой папайи! Максим, у тебя в холодильнике, кроме апельсинов и водки, все равно ничего нет! Кстати, а зачем тебе водка? Неужели современные феи уже ведутся даже на беленькую?

– Не знаю, это не у меня надо спрашивать. Я в Мск раз в месяц заезжаю, так что, чем тут питаются уборщицы, я понятия не имею!

– Опачки, то есть это их водка? А они у тебя суровые бабули!

– Ага, щас, бабули ей! Между прочим, лучшие девочки модельного агентства!

– Ох, Яров, ты в край озабоченный! – шукнула на меня Маша и, не ожидая, что я встану со стула, резко развернулась ко мне.

– Ой, Мамксик… я случайно.

– Блин, Маша, это же Calvin Klein.

– Ну, я же тебе не бирочку со спины отрезала… так то Кляйн Кляйном так и остался, – опустив глаза в пол, попыталась оправдаться Маша, но, поняв, что это незачем, тут же улыбнулась, – зато теперь его украшает дизайнерский принт by Koroliova.

– Ах, вот значит как! Ну, ничего я тебя щас украшу, будешь у меня в Yarov Book Company Orange Metaphor идеи черпать! – и ловя смешки из ее улыбающихся глаз, опрокинул второй стакан прямиком на весёлую подругу.

– Хей! И в чем я теперь ходить должна? – заливаясь волной позитива, кинулась на меня озорная девушка.

– Голой! А что? Фигуры тебе стесняться нечего! – дожидаясь ответа, я закинул Машу на плечо и давай кружить по комнате.

– Хей! Макс, да ты совсем strange man! ну, отпусти меня! – царапаясь когтями, смеялась моя девочка-мечта.

– А волшебное слово?

– Мне платье застирать надо!

– Опачки! Ну, ладно, это не сильно меняет дело! – изумился я и, засмеявшись в унисон, потащил мокрое тело в ванную. – Ну, что, готовься, моя медовая девочка! – и с этим предупреждением мы оба упали в джакузи.

– Макс! Да, ты же… аа… ты…

– Crazy? – подсказал я девушке.

– Нет, ты не crazy! Ты marvelous!

– Ого! Офигеть, и это говорит девушка, которая пришла у меня искать поддержки в ее непростых отношениях с мужчиной?

– Какой мужчина? Не знаю я никакого мужчины! А может, я его вообще выдумала, чтобы с тобой переспать!

– Опачки! Нет, Маш, я его четко видел, вот этими вот глазами, – и я поднял руки, чтобы указать на упомянутый орган зрения, но Маша, перехватив моя запястья, изменила траекторию, направив их к своей еще обтянутой платьевой основой груди.