Черная Мадонна

– Есть такие слова, где менять О на А или наоборот нельзя, потому что получается другое слово и не всегда очень приличное.

– Ну, что вы мне рассказываете? Я знаю.

– Вот Вы, Маша, говорите в столовой, когда нам курицу готовят: дайте мне куриную ножку. Как вы это поизносите? Как вы говорите – pollo?

– Пойя.

– Ну, вот, пожалуйста, опять.

– Что?

– Надо говорить пойо – четко произносить О в конце, как если бы вы говорили «молоко», а не «малако».

– Я так и говорю! Пойя, пойя!

Учителя, работники дирекции и даже повара по доброте душевной пытались ей несколько раз объяснить, что нельзя редуцировать гласные, иначе можно попасть в неловкую ситуацию, путая слова pollo[5 - цыпленок – перевод с испанского (прим.

автора)] и polla[6 - мужской половой орган – перевод с испанского (вульг., прим. автора)], cajones[7 - ящики стола/шкафа – перевод с испанского (прим. автора)] и cojones[8 - тестикулы – перевод с испанского (вульг., прим. автора)] и так далее, но толку от этого не было – Маша настойчиво произносила испанские слова по русским правилам.

– Ну, что с ней делать? – сказал про себя каждый и махнул рукой.

Оставалось только с сожалением качать головой и тихо посмеиваться у неё за спиной.

– Не светит ей статус.

– Конечно, нет. Но если выдержит, будет настойчиво подавать апелляцию после каждого отказа. До трех раз, кажется, можно. Там, глядишь, и оформит себе резиденцию на общих основаниях. А ещё в этом году выборы. Говорят, нелегалов будут амнистировать. А может, правда замуж выйдет.

Тогда вопрос будет решен.

Ещё Маша рассказывала, что чаще ей здесь помогали ни слова по-русски не понимающие испанцы, нежели соотечественники.

– Что вы, наоборот! Русские даже мешали, боясь конкуренции, видимо. Вот вам и земляки. Дорвались до Европы, до более или менее нормальной жизни, осели, обжились и если новенькие тоже хотят попытать здесь счастья, то им уже завидуют – вдруг они добьются большего, вдруг отнимут у меня мои блага. Завидуют не тому, что у тебя есть, а тому, что вдруг может появиться.

Одна и та же психология: «понаехали».

Через неделю прибыла семья из Калмыкии. Муж, жена и две дочери. Они совершили ту же ошибку, что и Маша: поехали в Бельгию с испанскими визами. Мы не знали, что их ждет, так как, опять же, понятия не имели, по какому поводу они просили убежища. Может, по религиозным вопросам. На самом деле, это не имело большого значения. Важно, что все мы выбрались, а, значит, у каждого был шанс на лучшую жизнь.