Черная Мадонна

Ещё в самом салоне автобуса был туалет, как в самолете, который работал во время движения. Ехали мы около семи часов с одной остановкой. Кресла были удобные, поэтому ничего мы себе не отсидели. Впереди, над головой водителя висел телевизор, а в ручки каждого кресла было вмонтировано устройство для наушников с регулятором громкости. Там было два канала радио и один канал, подключенный к телевизору. Шел фильм на испанском языке, поэтому мы слушали музыку по радио.

От автовокзала взяли такси. Центр приема беженцев был похож на недорогой прибрежный отель со всеми удобствами или на престижное студенческое общежитие.

По двору дети разного возраста гоняли мяч. Возле одной из дверей на деревянной лавке сидел похожий на индейца мужчина с крупным носом во всё лицо и с длинными черными волосами, собранными в хвост.

Прямо напротив входа во двор общежития располагалась дирекция, откуда нам на встречу вышел служащий в очках со стеклами в тонкой оправе. Звали его Альфредо. Он сдержанно приветствовал нас, пожал нам руки и провел внутрь.

Выдал ключи от комнаты и постельное белье.

– Простите, а документы? Кому мы должны их отдать?

– В понедельник всем этим займутся. Сегодня четверг – конец недели скоро. Так что располагайтесь, отдыхайте.

Мы вышли во двор.

– Понятно? Четверг – конец недели. Ну, дают испанцы.

– Да, я чуть не рассмеялась. Кажется, он это заметил.

– Это же здорово! До понедельника мы можем исследовать город.

Весть о новичках разнеслась быстро. Изо всех окон за нами следили обитатели Центра.

Дети шептались в стороне, поглядывая с опаской и любопытством.

– Глазеют.

– Не обращай внимания. Улыбаемся и киваем головой.

Напряжения и неловкости не было, не чувствовалось никакой агрессии – только интерес. Несколько человек махнули нам рукой в ответ на наши приветственные улыбки.

Двухэтажный центр-общежитие навскидку состоял где-то из двадцати-двадцати пяти комнат разного размера. Все двери и окна выходили во внутренний дворик, посреди которого росли небольшое апельсиновое дерево, усыпанное плодами, и высоченная пальма.

Если сидеть у её основания, то казалось, что она чешет своими широкими листьями ослепительной синевы малагское небо.

– Хорошо, что наша комната на первом этаже, а то пришлось бы чемоданы наверх тащить.

– Вон в том, дальнем углу двора есть лестница со специальным подъемом. Здесь всё предусмотрено. Ты видела инвалида на коляске?

– Ага.

– Вот как бы он туда забирался? Но всё равно хорошо, что на первом.