Голубые дали

– Нашёл всё-таки?

– Да.

– Как тебе мое новое платье?

– От Версаче, – сказал я.

– Высоко оценил, но от Юдашкина, – она улыбнулась, проведя руками по бёдрам розового платья.

Я обнял её за талию и почувствовал себя на 10 лет моложе. Сегодня с самого утра только и занимался тем, что угождал богатому старикашке, просматривал уйму спецификаций, так что глаза болели, но теперь я свободен и я знаю, что хочу расслабиться в компании этой легкомысленной женщины.

Когда мы вошли в её квартиру, то там играла музыка, и было много гостей.

– Что будешь пить? – спросила Анна.

– То, что не пьют москвичи, но пьют питерцы – коньяк.

К нам подошел молодой мужчина.

– О, Андрей Анатольевич. А я вас знаю, но вы меня нет. Вы разъезжаете по Москве в красивом белом «Лексусе» и работаете в «In Town Experiential Marketing», я тоже там работал, пока меня не уволили вместе с Анной, моей обожаемой подругой.

– Не припомню вас.

– Он работал в отделе рекламы, – сказала Анна.

Я поморщился, а молодой человек ушёл, видя моё неприветливое лицо.

– Не морщись, тебе это не идет, – усмехнулась Анна.

– Что это за наглец?

– Ты реально его не знаешь?

– Ну, может в компании встречались, а что?

– Это Сергей Костин, и Даша ничего тебе о нём не рассказывала? – она лукаво щурила накрашенные глаза.

– Нет…

– Это старая история… и сейчас уже не актуальна.

Тут я вспомнил, что видел его, и, кажется, он нравился Даше, но потом внезапно уехал из Москвы. Странно, может, его выжила Алла Дмитриевна?

– Между ними что-то было? – спросил я и вспомнил, как 10 лет назад разговаривал с Дашей, когда ещё не был на ней женат. Как она кинула мне в лицо, что Максим Пилецкий в сто раз более мужественней, чем я, и она жалеет, что выбрала в мужья меня, а не его. Про Костина она никогда не говорила, и я напряженно рылся в памяти, пытаясь вспомнить хоть что-то про него, но так и не вспомнил.

– Ладно, забудь, – сказала Анна. – Это мой друг. Кстати, как тебе моя квартирка?

– Здесь классно.

– Это квартира студия, тут мы песни записываем с ребятами.

Вдруг меня охватило разочарование, когда я посмотрел на себя со стороны. Я, весь такой унылый и немного напыщенный, сидел на одной из вечеринок в Петербурге среди богемных людей, но не испытывал никакой радости.