Старый дом

А там, в той России он еще не был, возможно, в том времени все отлично и хорошо, но ведь всего-то через четыре года – революция, а потом Советская Россия, и это он со своими инфарктами и геморроями вряд ли выдержит. И, если не помрет сразу, то будет тяжелой гирей на ногах у Надежды, которой, вместо того, чтобы выживать, придется заниматься тем, что спасать его…

А если наоборот?

Если ее сюда?

Не сильно лучше…

Там мы все знаем, что будет, и можно хоть как-то, хоть где-то соломку подстелить, а здесь?

Кто сказал, что у нас на носу нет гражданской войны?

И как она будет протекать?

И кто кого будет резать?

И с каким успехом?

Да и, кроме глобальных проблем, совсем простой вопрос – как Надежду тут легализовать?

Наверное, можно купить паспорт, сделать гражданство, но для этого, наверняка, нужны хоть какие-то документы.

Не может человек возникнуть из ничего?

Или может?

Понятно, что есть знакомые, для которых проблема с паспортом – не проблема. Но как им объяснить появление человека, у которого вообще нет никаких документов и который нигде и никогда не отмечен и не числился.

В том, Надином времени, паспорта, кажется, были без фотографий, так что сделать такой для Славы, если что – не проблема. Просто купить где-нибудь на Вернисаже, и все дела… Но вот сейчас-то другое дело…

И потом, как она с таким характером будет существовать в нашем времени? У нее же нет опыта, она не знает, что зачастую можно и нужно смириться с тем, что вокруг, просто не обращать внимания на то, что творится, иначе умрешь или сойдешь с ума…

Она же может начать свою революционную борьбу, а значит, засветится перед органами…

Без документов, то есть в лучшем случае с липой…

– Я все хотела вас спросить, – услышал он голос Надежды, – но как-то смущалась при всех – кто такой Горох и почему вы его так боитесь?

20

Она стояла у порога, тьфу, конечно, у проема.

То есть он так задумался, что не услышал появления своей «сюсю»? Хорош любовник пылкий, Ромео страстный, а Маринка – сволочь, надо было ее в детстве пороть…

– Вы проходите… – он вскочил, предложил даме сесть. – Может быть, кофе? Или чаю?

– Чай у вас действительно вкусный, – она прошла, села на предложенный стул. – И кофе не лишен приятности, хоть я его не люблю. Но времени без пятнадцати пять, сейчас приедут ваши, а мне хочется знать ответ на мой вопрос.