Дневники мотоциклиста

– Нуу… – протянул взрослый. – Завтра, значит завтра! – переглянувшись со всеми, высказал он и, вовлекая меня в эту беседу, тут же добавил:

– А ты, что думаешь?

– Ничего, – наблюдая за реакцией Сергея, сказал я. – Меня бы уже здесь не было.

– Вот и я о том же! – еще раз посмотрев на Серегу, глазами полными жалости, расхохотался этот предводитель сломанных ног, на что Сереже больше ничего не оставалось, как сделать вид, что этот разговор его не касается.

Он укутался одеялом и отвернулся к арабу, который все это время наблюдал.

Близился вечер, и за окном солнце начинало уходить в закат, приближая меня к хирургическому столу. Мне оставалось только догадываться, как это будет. Я включил телефон и увидел сообщения с несколькими незнакомыми номерами. Кто это был, я узнал только на следующий день, тогда для меня это были просто цифры без имен, которые интересовались моим здоровьем.

Прочитав сообщения без подписи, я набрал домашний номер, и через пару гудков к телефону подошла мама:

– Алло, – услышал я её голос, как всегда спокойный и размеренный.

Слегка растерявшись, все-таки ожидая, что трубку снимет отец, я быстро протараторил свой ответ, стараясь не выдать себя подавленным голосом.

– Привет, мам, как у вас дела? Что делаете?

Звонки такого плана были очень не похожи на меня, и мама, не скрывая своего удивления, отвечала с паузами раздумий между слов:

– Привет… Все нормально… Ужинаем.

– Да, всё хорошо, я просто позвонил сказать, что я буду завтра в обед, – опережая последующие вопросы, ответил я, стараясь держать голос радостным.

– Хорошо, – произнесла она с нотками непонимания.

Разговор нужно было заканчивать, и как всегда я быстро форсировал все предстоящие вопросы.

– До завтра, мам. Пока. Отцу привет, – быстро попрощался я, зная, что это лучше, чем снова услышать: «Ты где?».

– Хорошо, передам. Пока, – сказала она всё тем же недоумевающим голосом, и я вновь услышал гудки.

Я нажал кнопку отбоя связи, и уже начал жалеть о том, что позвонил. Обмануть можно любого человека, кроме матери. У каждой из них существует какое-то непонятное нам, людям другого пола чувство, материнское чувство тревоги, которое лишь по взгляду или интонации голоса может определить, что у тебя проблемы.