Дневники мотоциклиста

Его раскаленное масло растекалось по дороге, дополняя эту мыльную оперу своим черным видом и исходящим паром. Я резко дернул вверх и поднял эти сто шестьдесят килограмм вертикально, параллельно пытаясь найти подножку. Мои руки, крепко держащие руль, начинало потихоньку подламывать, а ноги с каждой новой секундой становились менее послушными. Головная боль, нахлынувшая так резко, как и вся эта ситуация, сдавливала мои виски, но я удержал свое шаткое равновесие и поставил мотоцикл на подножку. Отпустив ручки, я отошел от своего истекающего друга и присел на бордюр, стягивая с себя шлем.

«Странно, откуда они узнали…» – промелькнуло в моей голове. Ведь пока я участвовал в этом спектакле, в округе не было ни души…

Голову вновь пронзила немая тупая боль как после хорошо проведенного вечера, и тело начало знобить в судорожной лихорадке. Я начал осматривать и ощупывать части своего тела и наткнулся на резкую боль в плече, что не позволила поднять мне руку выше уровня глаз.

Первый, из той, стремящейся в мою сторону толпы, припарковал свой байк и уже бежал ко мне. Следом остановился еще один и еще, и еще. За ними стали подтягиваться машины.

– Ну, ты как? Живой? – прокричал первый подбежавший, это оказался Пашка. Склонившись надо мной, он продолжал свои вопросы с лицом старшего брата, увидевшего, как его младший свалился с дерева: – Что случилось? Скорую вызвать? Ты слышишь меня?.

Видимо со стороны мой вид был не очень, и я напоминал человека, нуждающегося во врачах.

– Да, нормально все, – взяв секундную паузу, все так же сидя на бордюре, вымолвил я. – Бывало и хуже.

– Ну… раз шутишь, значит и вправду все нормально, – склоняясь надо мной, успокоился Большой, вокруг которого уже стояла толпа. – С первым падением тебя, – добавил он, хлопнув меня по плечу, разбавляя тем самым окружившую меня обстановку.

Но тут резкая боль вновь вернулась в мое ознобленное тело и пронзила мою левую сторону, выражаясь на лице непередаваемой гримасой.

– Точно, всё нормально? – переспросил он, уже ощупывая место похлопывания. – У тебя что-то с плечом, вот бугор, – остановив свою руку на искажении под слоем кожи, высказал он свою озабоченность, аккуратно сжимая этот торчащий холмик.

– Уже не уверен, – понимая, что от этого сдавливания мне не становится лучше, ответил я, пытаясь выдавить на своих губах подобие улыбки.