Повесть твоего сердца. Автобиографическая мистификация

– Вспомни о моём происхождении, и ты поймёшь, что подобные слова – оскорбление для меня, – строго прервала Аврора отговорки Художника.

Огонь танцевал перед их лицами. Причудливые тени неясными очертаниями ложились вокруг языков пламени. Негромко хрустел горящий хворост.

Рисунок автора, 2011 г.

Они смотрели на огонь. Долго, безотрывно. Оба хранили молчание.

В шаге от костра открывалась пропасть. Где-то глубоко внизу торчали острые вершины гор. Но скала, на краю которой они сидели, возвышалась над целым миром.

Изредка над их головами пролетали драконы, то поодиночке, то небольшими стаями. Вот один из них, описав в воздухе круг, приземлился на скалу. От взмаха его могучих крыльев огонь вздрогнул и исказился, но не погас.

– Здравствуй, – произнесла Аврора, не отрывая глаз от костра.

– Добрый вечер, – ответил дракон чуть слышным басом.

Повернув голову к прилетевшему гиганту, девушка что-то нашептала ему. Художник не расслышал, с какой просьбой она обратилась. Дракон протянул лапы к огню и, положив голову на землю, прикрыл глаза. Его голос зазвучал степенно и размеренно.

Рисунок автора, 2011 г.

Она стояла на вершине диких скал.

Об их подножье бились волны океана.

Восточный ветер кудри развевал

Гречанки с редким именем Диана.

Струилось платье, форму смуглых плеч

Изящным силуэтом облегая,

И, не стараясь жизнь свою беречь,

Не отходила девушка от края.

Был взгляд её решителен и смел,

Хотя обрыв от ног её так близко.

Над горизонтом неба свод алел

В лучах последних солнечного диска.

Ей вспомнился опять дракон большой…

Примчался он неведомо откуда,

И удалось спастись лишь ей одной

Из города. Тогда случилось чудо:

Чудовищу понравилось дитя.

Душа его, возможно, стала чище.

Широкой лапой девочку схватя,

Её он перенёс в своё жилище.

Поставил он малышку на утёс

И осмотрел внимательно Диану.

Затем дракон негромко произнёс:

«Останься здесь. Твоим я другом стану.

Согласием ответишь ты сейчас —

И будешь под надёжной жить защитой.

Но если я услышу твой отказ,

Ты упадёшь немедленно убитой

В стремительно бушующий поток,

И восприму я смерть твою забавой.

Не отрицаю, может, я жесток,

Но сделать выбор ты имеешь право».