Обрыв. Возвращение

Пусть Керро успокоиться, это выиграет для нас время, пока он будет думать, что с грузом все в порядке.

Какие бы у них не были натянутые отношения, а Волкан был хорошим стратегом и лучшим его стрелком.

– Они грузят товар ночью? – Спросил Волкан, продолжая листать карту.

– Да.

– Это хорошо, значит, наших точно будет достаточно. Что делать с товаром?

– Вывези, где-нибудь спрячь, мне этот товар не нужен так, что сам реши, что с ним делать.

– Понял.

Волкан посмотрел на Алтана долгим, хмурым взглядом, пока тот прикидывал как будут происходить дальнейшие события.

– Что? – Наконец спросил Алтан, когда ему надоело, что его сверлят глазами.

Ему до сих пор было трудно смотреть в глаза Волкана. Добрый, верный друг, который так сильно его подвел. Он любил Волкана, но в глубине души все еще не мог до конца простить ему то, что произошло.

– Как она? – Спросил Волкан, опускаясь в кресло и переводя разговор в другое русло.

– Я не уверен. – Честно ответил Алтан и тоже сел в кресло, тяжело, устало.

На душе как-то сразу стало легче от того, что Волкан задал этот вопрос. Каким бы не был замкнутым Алтан, но даже ему иногда нужно было с кем-то поговорить. Отец и дядя для такого разговора не подходили, а Хасан всегда был очень эмоциональным. Он, как обо всем этом услышал, то вначале хотел убить ее, а когда понял, что происходит, готов был убить Керро. И никакие доводы он не принимал в расчет.

– Выпьем? – Спросил Волкан.

– Я бы с удовольствием.

Волкан поднялся, достал из старого шкафчика бутылку виски, разлил по стаканам.

– Почему она не ушла с тобой? – Спросил Волкан, протянув стакан Алтану.

– Я не знаю. – Честно ответил Алтан. – Она не хочет, чтобы кому-то причинили вред и она не хочет, чтобы его убили. Считает себя ему должной.

– Эта благородная девочка с ума нас сведет. – Усмехнулся Волкан и покачал головой, отпил изрядный глоток виски. – Она хоть хорошо себя чувствует?

– Судя по ее виду, более чем.

– Ревнуешь?

– Иногда, когда думаю об этом, я готов их убить. – Алтан закрыл глаза и провел по лицу рукой.

Он старался отогнать от себя эти мысли, старался не думать о том, что она все это время была с ним и явно не только работала. А этот ее изменившийся внешний вид, красивая одежда, эти коллекционные украшения, пистолет на бедре. Это была не она совсем, не та женщина, которую он знал.