Обрыв. Возвращение

Это же она работает с Оздемиром.

Меня, как током ударило от этих слов, и я затихла.

– О, да! Теперь я знаю все! А самым паршивым будет то, что если ты не прекратишь мне сопротивляться, то последним я убью этого мальчика, которого ты называешь сыном…

У меня сердце упало в желудок и в глазах снова потемнело.

– Хватит, Рики. – Снова сказал Абель. – Ты ей руки сейчас сломаешь. – Констатировал он.

– Ну, так вылечишь! – Рявкнул в ответ Рик и толкнул меня вперед.

От напряжения затекли все мышцы и от его неожиданного движения, я позорно свалилась на пол, руки сами по себе согнулись и я ударилась головой о пол, приземлившись у ног Абеля.

Тот сразу же присел передо мной и протянул руки, чтобы помочь мне подняться.

– Это же твоя работа. – Добавил Рик и я услышала быстро удаляющиеся шаги.

Абель помог мне сесть на полу, опираясь на трясущиеся руки, я все еще не поднимала голову. Меня как будто выпотрошили, забрав все силы и остатки воли. Он меня ломал. Морально и физически, он показал мне, насколько я в сущности никчемная и беспомощная, сколько он имеет власти надо мной и меня это убивало, ломало изнутри, выкручивало нервы и сводило с ума.

– Идем, мне нужно тебя осмотреть. – Сказал Абель и поднял меня.

– Руки убрал. – Тихо сказала я, когда смогла привести тело в вертикальное положение.

– Мария, прекрати, у тебя руки синие…

– Я повторяю, – сказала я подняв голову и глядя на встревоженное лицо доктора, – руки убрал!

Уж не знаю, что он там увидел в моих глазах, но он послушал и убрал руки, медленно отошел с моего пути.

Я поднялась по ступенькам, запястья ломило от боли, правое действительно начинало синеть, отстраненно подумала я. Вместо своих увечий я видела перед глазами только ненавистное лицо Рика и слышала в ушах его угрозы.

Я вошла в свою комнату, бедром закрыла дверь и на автомате пошла в ванную.

Трясущимися пальцами открывал воду и подставила руки под ледяные струи. Вода отрезвляла и боль переставала затмевать разум.

Посмотрела на свое отражение в зеркале. Косметика растеклась, глаза огромные и стеклянные, под ними залегли тени и щека все еще розовеет.

Ничтожество, какое же ты ничтожество, Кира. Выбрала самый легкий путь для выживания, подставила под удар Мануэля из-за слабости к мужчине, из-за слабости своего сердца, подставила под удар всех. Рик прав, это ты во всем виновата. Только ты и «нечего пенять на зеркало, коль рожа крива».