После мюзикла

«У Бога вечно катастрофы…»

У Бога вечно катастрофы—

где не цунами, там торнадо—

я посвящаю эти строфы

всему тому, чему не надо,

а мне бы там, где вечер томен,

хранить бы голову в панаме,

не понимая, а на что мне

жизнь без торнадо и цунами,

с ленцой заказывать бы кофе,

зазря теряя время всуе,

и напевать соседке Софе

о том, как жаль, что спит Везувий, —

как это было б охрененно

среди платанов и акаций,

а то у нас опять сирена,

опять в убежище спускаться.

«Как русский и еврей…»

Как русский и еврей,

боюсь я сентябрей,

когда цена мне – грош,

да и октябрь хорош.

Единство мира

1.

О Волга, колыбель Некрасова,

любил ли кто тебя так классово

и в то же время столь неистово? —

об этом я спрошу у пристава,

в чём ничего нет непотребного, —

и не простого, а судебного.

2.

Гей, родимая сторонка,

парк культуры, оборонка,

дачка, удочка, гамак,

синагога и продмаг,

пионеры, аксакалы,

пот кровавый, даль и близь,

но просрали идеалы,

в олигархи подались.

3.

С чистенького листа

впишется в послесловие

паки и паки стан,

не говори: «Московия».

4.

Русский мир, как мир арабский,

разумеется, не рабский

и отнюдь не агрессивный,

но сугубо прогрессивный

на подъеме и на спуске, —

и арабский мир, как русский,

потому что лучше краж,

например, Арабский марш…

Те же скрепы и ключи,

хоть арабский не учи.

5.

За державу не обидно,

каждый ею сыт от пуза, —

на коляске инвалидной

герб Советского Союза,

за коляскою колонны

держат шаг, полны отваги,

примадонны бьют поклоны,

беззаветно служат маги,

экзекуцией стрелецкой

утро красит быт над бездной, —

хорошо в Стране Советской,

лучше только в Поднебесной.

6.

Коль славен Господь в Палестине,

а где ещё славен Господь,

то дело совсем не в осине,

на коей болтается плоть.

Неважно, какой там синоним,

а паче того – эвфемизм,

что может быть славным в Сионе?

Естественно, лишь сионизм.

А где-то в России плотины,

в труде, не считая невзгод,

возводит народ Палестины,

церковный советский народ.

7.

Рабочий Травкин, адвокат Макаров…

Страна неисчерпаемых кошмаров

и сердце надрывающих красот,

ничто тебя на свете не спасёт, —

а встанет или нет из гроба Сталин,

вникать не будем в мелкие детали.

8.