Обрыв. Остановка Стамбул

 – Я сказала это абсолютно спокойно, но мой тон оставался непримиримым.

После этих слов мужчина вообще впал в какой-то ступор, а я сдаваться была не намерена.

Я искренне ему сочувствовала, но при этом я была в этом не виновата, он не имел никакого права подвергать меня опасности, ничего не объяснять и вдобавок разговаривать со мной, как с подчиненной.

Конечно, раньше я бы покачала головой при словах о больном сыне, пожалела его и пошла бы с ним, чтобы помочь, но сейчас, когда ты уже нарабатываешь опыт и учишься ценить себя и свою жизнь, в первую очередь на ум приходишь ты сама, а не чужой эгоизм и чужие нужды.

– Не заставляй меня тащить тебя сильной. – Процедил сквозь зубы мужчина.

– Алтан, – теперь я повернулась к нему всем телом, мужчина начинал переходить границы и у меня как обычно вместо страха включался инстинкт доказать свою правоту. – Ты мне никто, чтобы вот так со мной разговаривать, спокойно иди по своим делам, а я пойду по своим.

Ноздри мужчины раздувались, он злилась, да что тут злился? Видимо, он был в бешенстве.

– Ты теряешь время… – Напомнила я.

Он пПостоял еще несколько секунд, назвал меня упрямой козой на турецком, слышала я это выражение в фильмах и все-таки ушел, а я приложила пальцы к руке, кажется, синяк все-таки останется.

Я пошла по набережной, вызвать такси я не рискнула, иначе точно стошнит. По дороге купила минеральной воды, вместе с ней я и преодолела расстояние примерно километра в 2, зато мир перестал раскачиваться, как на волнах.

В номере я приняла душ и только теперь увидела, что нещадно сгорела. Кожа стала красной, голова горела. Я намазалась кремом от ожогов, прилегла на кровать, предварительно обмотав голову холодным полотенцем и выпила аспирин.

Сегодняшняя ночь и завтрашний день не сулят мне ничего хорошего.

Алтан

Алтан смог освободиться только ближе к ночи. Онур простудился и теперь отдыхал в своей кровати под присмотром Зехры, ничего серьезного с ним не случилось, но после смерти жены он всегда паниковал, когда что-то случалось с его близкими.

А вот теперь из головы Алтана не шел разговор с этой маленькой стервой.

Она и правда оказалась стервой, команды умела отдавать не хуже мужчины и как только ей, что-то не понравилось, сразу же из добродушной, открытой малышки превратилась в упертую козу.