Другая правда. Том 1

– Теперь возьмите кнопки, они вон там, на подоконнике, в коробочке, и прикрепите этот листок так, чтобы он постоянно был у вас перед глазами.

«Интересно, спросит он, зачем это нужно? Или молча выполнит указание?» – подумала Настя.

Петр ничего не спросил. Мальчик не опаздывает и не задает лишних вопросов, есть все основания полагать, что он действительно хочет чему-то научиться.

Она села рядом с Петром, положила на колени пластиковый планшет, подсунув под скобку зажима изрядную стопку чистой бумаги.

– Открывайте первую фотографию.

Щелчок – и на экране появилась корочка уголовного дела с указанием имени и фамилии обвиняемого, перечнем статей Уголовного кодекса и датами начала и окончания.

– Дальше.

На второй фотографии оказалась еще одна корочка, с точно такой же информацией, но заполненная совсем другим почерком. На третьей – опись документов первого тома.

– Дальше.

Теперь перед Настей было окончание описи. Она записала на листке: «стр. 1 – 35 документов, стр. 3 – 1 док., стр. 2 пропущена.

– Дальше листаем? – спросил Петр.

Она отрицательно покачала головой.

– Вернитесь в проводник, пожалуйста.

– Зачем?

– Объясню. Вернитесь. А теперь скажите мне, сколько файлов в первом томе.

Петр растерянно посмотрел на нее.

– Не знаю… Надо посчитать.

– Ну так считайте. Я подожду.

«Если ответ последует быстро, значит, мальчик сообразительный, но при этом может оказаться глупым, а может и умным. Есть два способа получить быстрый ответ, но один из них правильный, а другой – неправильный.

Она вышла на кухню в надежде на лучшее: Петр все-таки окажется умным и будет считать долго и тщательно, за это время она успеет выпить чашку кофе. Но надежды не оправдались: кофемашина еще не успела нагреться, как из комнаты раздался голос:

– Четыреста двадцать!

Настя вздохнула, вставила капсулу, нажала кнопку.

– Кофе хотите?

– Да, спасибо, если можно.

Послышались шаги, Петр появился на кухне.

– Анастасия Павловна, я не понял, почему файлов четыреста двадцать.

Она усмехнулась и достала из шкафа вторую чашку с блюдцем, а из коробки – еще одну капсулу.

– А сколько должно быть?

– Триста тридцать семь.

– Триста тридцать девять, – поправила она. – Две фотографии корок, они в описи не учитываются.