Пьяная Россия. Том первый

Пьяница машинально потрогал себя за подбородок.

Черт был похож и одновременно не похож на пьяницу.

– Я так не выгляжу! – категорически заявил пьяница.

– Ну, конечно же, так выгляжу я! – мягко согласился черт.

– Выпусти меня! – потребовал пьяница.

– А ты опять пить будешь?

– Какое твое дело? – возмутился пьяница. – Если даже и буду!

И загибая пальцы стал перечислять:

– Мой дед пил, мой отец пил, и я пью! – и гордо выпрямился, будто сказал о чем-то замечательном и необходимом всему человечеству.

Черт не ответил, а только заложив руки за спину подошел к окну. Пьяница мог наблюдать лишь его тень на полу, окно находилось за трюмо и в зеркале не отражалось.

– Послушай, черт, – сбавил тон пьяница, – мне здесь страшно.

– Ну и что? – равнодушно процедил черт.

Пьяница напряженно думал. Он вспоминал что-то такое про душу и про сделку:

– Я тебе свою душу продам! – доверительно пообещал он.

– Она, итак, мне принадлежит, – возразил черт и вернулся к трюмо, уже заинтересованно глядя в глаза пьянчужке, как бы подначивая его к поступкам.

Пьяница чувствуя нарастающую злобу схватил стул и жахнул им по зеркальной поверхности. Зеркало со звоном посыпалось на пол. А пьяница с воплями победы полез в комнату, прочь из зазеркального мира…

Черт сразу же исчез, будто и не был, но вместо него на пороге комнаты выросли хмурые стражи порядка, скрутили пьяницу и поволокли под вопли разгневанных соседей уставших от шума и пьяных воплей посреди ночи. Соседи потрясали перед носом пьяницы кулаками и вообще желали ему всех «благ».

Пьяница молчал и только поджимал ноги, на манер малыша, который желает, чтобы родители перенесли его через лужу. Однако, под руки его волокли не родители, а доблестные охранники интересов граждан. А, когда он уже из-за решетки клетки в красках поведал стражам порядка о черте, его перевезли в психиатрическую, где специалисты дела сего поставили диагноз известный всем выпивохам мира – «Белая горячка».

Но вот, аргумент, кто же тогда прибрался в квартире, как не черт, спрашивал пьяница у любопытствующих психов в палате, кто вымыл посуду и полы? Кто? И психи покорно соглашались с его доводами, а сам пьяница считал, незыблемой истиной, что он побывал в мире зазеркалья и черта видел, факт!

Письмо

Однажды я приехала к своим друзьям в Москву, в переполненном метро, девочка лет пятнадцати выронила незапечатанный конверт, и он упал мне на колени, из-за толчеи не сразу заметила я ее потерю.