Блуждающие токи. Затерянная на Земле

Почему он до сих пор с ней?

Она сотни раз подозревала мужа в измене, но, устроив очередной скандал, всегда оставалась с пустыми руками, неловко ухватившимися за ложные сведения.

Мысль о том, что Эдуард был слишком хорош для неё, а она слишком заурядна для него, горькой слизью сползала по темным стенкам сознания, но никогда не была поднята в голове Лидии для анализа.

– А где крендели? ? поинтересовалась Роза, покончив с сосисками и салатом.

Лидия негодующе встрепенулась от своих мыслей и молча поставила корзину с выпечкой перед дочерью.

Дочь прихватила три штуки и, опуская ноги со стула, без особой эмоциональности поблагодарила мать:

– Спасибо за ужин.

Уголки губ Лидии неискренне сморщили впалые щеки. Роза уже не смотрела на неё, потому что направлялась наверх в свою комнату, чтобы лежать на столе, есть крендели и наблюдать, как темные облака принесут мрак ночи в Эринтсваген.

Лидия с отягощенным грустью трудом съела несколько ложек гречи, помыла посуду, посидела немного без дел и мыслей в тишине, и когда, в окно уже заглядывало сонливое завершение дня, женщина тоже поднялась наверх.

Лидия нашла мужа то ли бесцельно слонявшимся в коридоре, то ли затаившимся у дверей дочери.

– Что ты тут делаешь, Эдуард? ? достаточно громко спросила его жена с недоумением.

Застигнутый врасплох Ротенгоф вздрогнул, обернулся, но тут же возмущенным шепотом ответил:

– Она опять раскладывает свои записи!

– А ты хочешь ей помочь, я не понимаю?

– Я пытаюсь проследить логику её мысли, может быть доктору Стурлссону это поможет лучше понять заболевание Розы.

– Ну и как она там раскладывает? ? Лидия подошла ближе, чтобы заглянуть в приоткрытую дверь.

– Тихо! Не подходи! ? зашипел на неё Эдуард, ? ты её своим шумом отвлечешь!

– А ты, значит, не отвлекаешь! ? Лидия, однако, остановилась и повернула в их с мужем комнату.

– Я не двигаюсь с места уже давно!

– Господи, Эдуард, хватит ерундой заниматься, иди спать! ? недовольно ответила ему жена.

– Уже иду, только проверю, закрыта ли форточка в кабинете.

Лидия ничего не ответила на это и только захлопнула за собой двери их спальни.

Эдуард не мог, заглянув в свой кабинет, просто закрыть форточку и вернуться, он обязательно застрянет там минут на пятнадцать, разглядывая свои бумаги и думая о вечном.