Разочарованный (Thnks Fr Th Mmrs)

Именно в этом году ей предстояло стать особенно внимательной, поэтому на уроках нельзя было отвлекаться. Перспектива не самая приятная, но отступать некуда.

Достав телефон из кармана, Ева поглядела на часы. Как правило, она всегда приходила раньше всех. Пунктуальность Марка окончательно дала трещину и утонула как Титаник в глазах единственного ценителя немецкой педантичности, когда тот в очередной раз опоздал. Он остановился возле двери и, задумавшись, уставился на свободные места. Лукаво усмехнувшись, парень снял сумку с плеча и подошел к Еве.

Из суеверия она никогда не сидела на первом варианте, так как считала, что второй ей приносит удачу. Все ее места были расположены возле прохода. И, стоило ей увидеть ожидавшего Марка, как она недовольно встала со стула и пропустила юношу к окну. Тот хмыкнул, проходя к своему новому месту, и, усевшись на него, Марк сказал нечто невнятное насчет привычек.

– Почему ты не в группе немецкого языка? – вполголоса поинтересовалась Ева, когда Марк достал из сумки относительно небольшой плеер вместе с наушниками.

– Было бы несправедливо к моим одногруппникам, немецкий я знаю лучше учителя, – без улыбки заявил Зильберштейн. – Не хотелось бы мне разочаровываться в том, как здесь учат mein[6 - Mein – мой (нем.)]язык. Невелика потеря – стану лучшим в английском.

Романова поняла, что с одноклассником будет не так просто находиться в одном обществе. Он был грубоватым, несколько нахальным, чрезвычайно самоуверенным.

Взгляд Марка довольно часто останавливался на Еве, пристально изучая ее. Она была красивой, очаровательной девушкой. Нежные утонченные черты лица, должно быть, мягкие, наощупь, губы. Длинные волнистые шоколадные волосы еще ни разу не знали краски. Она была красива природной красотой, такой, о которой можно было только мечтать. Казалось, они с Владом действительно друг другу подходили, вот только лишь некоторые могли поспорить насчет этого, но пока она не догадывалась, кем могли быть эти спорщики.

Таким образом, Марк и Ева весь день просидели вместе. Анна Александровна первое время точно следила бы за рассадкой, поэтому они должны были быть соседями по парте. Иногда немец что-то комментировал в присутствии соседки, но уже после та стала замечать, что кроме нее тот больше ни с кем не заговорил.