ПМЖ

«Я выйду из леса. Я стану как вы…»

Я выйду из леса. Я стану как вы,

точнее прикинусь таким,

лишь на ночь снимая парик с головы,

с лица опротивевший грим.

На двух, чтобы не отличаться от вас

я буду ходить, семеня,

и только огонь непогашенных глаз

нет-нет, да и выдаст меня.

Заплачет ребёнок в ночной тишине

и мать не поймёт от чего,

бедняжка, она обратится ко мне,

чтоб я успокоил его.

И я колыбельную песню спою,

и он, как убитый уснёт,

обняв по-звериному морду мою

и в тёплый уткнувшись, живот.

«Отдохнуть от всего. Но сначала…»

Отдохнуть от всего. Но сначала

от себя самого отдохнуть,

чтоб полночная птица клевала

мое сердце, усевшись на грудь.

Птица, птица, мне больно и сладко,

не смотря на скулеж и нытье,

склюй, пожалуйста, все без остатка

бестолковое сердце мое.

Чтобы дул сквозь отверстие это,

сквозь отверстие это в груди

страшный ветер со скоростью света,

жизнь текла, и хлестали дожди.

«Что там колышется на ветру?»

Что там колышется на ветру?

Облако ли? Тростник?

К мысли, что я непременно умру,

я, как ни странно, привык.

Так себе мысль – пятачок на метро, —

для нумизмата – пустяк.

Но озверевшее сдуру зеро

шепчет: «Мы только в гостях».

И не татарин, но избранный жид,

из миллионов – один,

видишь, как сперматозоид бежит,

думает, что победил.

Но наследит – это наверняка, —

с вечностью накоротке.

Клином гусиным летят облака.

Ветер поёт в тростнике.

«Я выйду на Красную площадь…»

Я выйду на Красную площадь

и стану её посреди,

где радостью горло полощет

бескрылая птица в груди.

Я рёбра руками раздвину,

и страха себе не прощу,

но птицу бескрылую выну

и в небо её отпущу.

Лети, уповая на встречный

и яростный ветер в лицо,

а я человек бессердечный,

конечно, отвечу за всё.

За всё, в чём я был или не был,

но всё-таки был виноват,

мне пялиться вечно на небо,

где птицы на север летят.

«С высоты, и не птичьего даже…»

С высоты, и не птичьего даже,

а полёта простого шмеля,

растворён в подмосковном пейзаже,

как репейник какой-нибудь я.

Зверобой, подорожник, крапива,

хвощ, полынь, василёк, лебеда.

Проплывают по небу лениво

туч недоеные стада.

И, когда унесёт электричка

в непролазные дебри Москвы,

сохранится надолго привычка

быть на голову ниже травы.