ПМЖ

Имя дал красавице – Маруся,

по ночам рассказывал про дом;

чтобы год спустя на «Беларуси»

без конца пахать не чернозём,

пить, вздыхая о крестьянской доле,

крыть колхоз «Заветы Ильича».

По уши в грязи и солидоле

девушка рыдает у плеча.

«У колорадского жука…»

У колорадского жука

в коробке из-под спичек,

жизнь беспросветна и горька,

как у зека на киче.

Волшебный аромат ботвы,

сменив на запах серы,

он стал игрушкою, увы,

в руках у пионера.

И одиноко и темно,

и ничего не надо.

Но очень жаль, что нет давно

вестей из Колорадо.

«Как бы очнувшись ото сна…»

Как бы очнувшись ото сна,

раскачивается сосна,

не корабельная – кривая,

бесперспективная, и ей

не светит акварель морей —

зеленовато-голубая.

Обыкновенный ширпотреб,

полным-полно добра такого.

Серебряные струны ЛЭП

оплакивают лес сосновый.

Пронзительное Dо, Re, Mi,

Fa, Sol, La, Si звучит в миноре.

Но каравелла, чёрт возьми,

летит по небу, как по морю.

Она нисколько не больна —

изысканная кривизна,

напротив, по сердцу борею,

вот-вот порвётся парус, и

отчаянные муравьи

танцуют «Яблочко» на рее.

«И лампочка посередине…»

И лампочка посередине

облупленного потолка

подмигивает и поныне

притягивает мотылька,

держа его за лоха – или

он сам обманываться рад?

И перламутровые крылья

весёлым пламенем горят.

«Как любил я стихи Соколова!»

Как любил я стихи Соколова!

Так уже не любил никого.

На Калининском – с палкой, хромого,

я однажды увидел его.

Подражая во всём, как ни странно,

я хромал целых пол-января:

– Марианна! – вздыхал, – Марианна! —

Ира, Таня, Галина – всё зря,

всё не то. Как издёвка, как вызов —

разминулись, не встретились мы.

В час, когда щебетали карнизы

посреди глубочайшей зимы.

«Гэдээровской кукле не спится-…»

Сестре

Гэдээровской кукле не спится —

свет в глаза – неисправны ресницы,

сколько лет, не припомнит сама,

одиноко в чулане пылится

и поплакаться некому: «ма».

Дочка выросла. Внукам до фени

полинявшее это старьё —

всюду «Barbie», как бледные тени,

на упитанном фоне её.

Худосочные американки —

«Made in China» – не знают забот.

А в чулане стеклянные банки:

огурцы, помидоры, компот.

И бедняжка вздыхает печально,

оказавшаяся не у дел.

Хоть бы кто прикоснулся случайно.