Чистая речка

Я шла, смотрела на краснеющие и желтеющие деревья, на осыпающиеся листья, на улице к вечеру резко похолодало, и как-то мне было холодно и нехорошо на душе. Я понимала, отчего это. Сегодня был такой бурный день. В классе – новая девочка, она села со мной, я даже побывала у нее дома. Маме ее я не понравилась, и мама имеет право бояться – я все это понимаю, не знаю как, но понимаю. И все равно мне было очень обидно. Ведь я не виновата, что у меня так в жизни вышло. И я точно ничему плохому ее Машу не научу. Но я почувствовала себя, как будто больна чем-то, и от меня боятся заразиться.

Да еще и болезнь какая-то неприличная. Как у нас болели две девочки, которые встречались со взрослыми ребятами из города. Нам даже не разрешали с ними вместе мыться одно время. Они мылись в старом душе, обычно закрытом, холодном и темном. И через день ездили к врачу, им там делали какие-то процедуры. Вот так и Машина мама смотрела на меня с брезгливостью, что ли. Да, точно. Со страхом и брезгливостью.

* * *

– Брусникина, отсядь от Олейниковой, – Серафима сказала это с нескрываемой радостью.

Ей бы только пнуть кого-то, и радостней на душе становится.

– Почему? – Маша придержала меня за рукав: – Подожди. Почему она должна от меня отсесть?

– Потому! Много будешь спрашивать… – Серафима запнулась и тут же разозлилась. – Я сказала – отсаживайся! Не нужны мне проблемы с вашими родителями! Достали! То этому пятерку натягивай, то с этим позанимайся дополнительно да еще и бесплатно, а теперь вот проблемы у нас с москвичами! И не надо было с детдомовскими садиться, разве не ясно?

– Маш, все хорошо, – я кивнула расстроенной Маше.

 – Наверно, мама твоя позвонила.

– Не бубни, Брусникина, не бубни, не поможет! Когда же вы, наконец, закончите девятый и пойдете заборы красить?

– Я заборы красить не пойду, – пожала я плечами и пересела на свободную парту к окну. – Так лучше? Так я не испорчу Олейникову?

– Руся!.. – Маша посидела, опустив голову, поскребла пальцем парту, потом взяла свои тетрадки, планшет – чудо, которое она носит вместо учебников, сумку и пересела ко мне.

– Назад сядь! – заорала Серафима.

– Нормально разговаривайте, пожалуйста, – спокойно попросила Маша. – Я не привыкла, когда на меня орут.

Серафима аж задохнулась, потом подбежала к компьютеру и стала тыкать пальцем в клавиатуру.

– Да я вам обеим… Сейчас вы увидите…

У Маши тренькнул телефон. Она взглянула на дисплей.

– О, пришло оповещение.