Биоценоз

Варвара оборотилась спиной к двери и забормотала в свою «свёклу», уставившись при этом в объектив камеры:

– За этой бронированной дверью скрывается от возможного визита киллера главный и единственный свидетель двойного убийства, случившегося сегодня утром в чекистском доме.

Сергей Константинович закрыл вторую дверь, и что дальше говорило создание с дёргающимся лицом, стало не слышно

– Кто это был? – слабым голосом спросила Ксюша.

– Телевидение.

– Господи! – только и успела сказать жена, когда в дверь снова позвонили.

Теперь Сергей Константинович, прежде чем отпирать, заглянул в глазок. На площадке было уже два телеоператора, репортёры с микрофонами наизготовку, и какой-то немолодой человек с лицом, выдающим явное пристрастие к горячительным напиткам, выставивший руку с диктофоном. Открывать дверь на этот раз Сергей Константинович не стал. Корреспонденты понастырничали, позвонили еще раза три, и спустились вниз. Опять забеспокоилась жена, и опять он доложил ей, что они стали объектом внимания прессы.

Так сказать, прославились.

В дверь опять позвонили. Жена крикнула с каким-то надрывом в голосе, чтобы не открывал, но Сергей Константинович, посмотрев предварительно в глазок, уже отворил дверь. На пороге стоял Гаркуша-младший. Он был совершенно копией отца. Такого же роста, с такими же чертами лица. Но если у старшего, несмотря на возраст и многолетнее сидение на ответственных постах, сохранялись явственные следы пребывания на солёном морском ветру, то у младшего всё было так, да не совсем.

Он, словно нежная и дорогая буженина, был покрыт тонким слоем белого жирка. Гаркуша-младший являл собой тип бизнесмена из новых, но законопослушных, хотя кто мог поручиться, что это действительно так. Председательствовал в каких-то околовластных предпринимательских общественных структурах, выступал по телевизору и если чем-то был схож с отцом, так это фамильной повелительностью интонаций. Но сейчас он стоял перед Сергеем Константиновичем, и жирноватенькие щеки его тряслись от рыданий и слёзы безостановочно растекались по щекам.

– Вы… вы… видели? Да? При вас? Расскажите…

Менее всего Сергею Константиновичу хотелось возвращаться к событиям сегодняшнего утра, но он впустил Гаркушу-младшего в квартиру и, сидя на кухне, начал рассказывать историю убийства незнакомца и Гаркуши-старшего.

Неожиданно в дверях кухни появилась жена. Она была одета и даже подкрашена, но в меру.

– Сергей! Я больше не могу этого слышать. Я должна уйти.