Тень звезды

Майор Малов пытался доказать начальству, что никак не виноват в столь вероломном исчезновении полковника КГБ Полякова с крупной суммой денег. Ко всему прочему, эти доллары полковник Поляков должен был передать за другого исчезнувшего сотрудника КГБ – генерала Ершова, которого так не кстати вскоре пристрелили итальянские полицейские. Невесёлые мысли последнее время всё чаще посещали майора Малова, и этому были причины.

«Неужели я виноват, что охранники русского посольства в Италии отказались открыть ворота и пустить грязного, оборванного и, к тому же, вооружённого пистолетом Beretta, генерала Ершова? Или может быть я виноват в том, что полковник Поляков испарился прямо под носом у нескольких сотрудников КГБ, которые «вели» его до аэропорта?»

Следствие по розыску и поимке полковника Полякова не только не сдвинулось с места, но ещё в нём появились противоречащие факты, самоисключающие доказательства.

А начальство требовало результаты!

«Ну, где я возьму эти результаты! Если мне не дали ни технику, ни людей»! – майор Малов снова покачал коротко стриженной головой.

Он тупо читал документы и раскладывал их по папкам, когда взгляд зацепился за несколько фото и короткую записку к ним. В записке было сказано, что в советское посольство в Судане обратился за помощью некто, назвавший себя «полковник Поляков». После проверки информации, оказалось, что местные его хорошо знают под именем «Коммандос». А в качестве доказательства были приложены несколько фото. Майор Малов, не отрываясь, смотрел на снимок перед ним.

«Не может быть! Или судьба сыграла со мной злую шутку, или человек на фото действительно полковник Поляков!»

Майор Малов даже встал с места и прошёлся по крошечному кабинету, больше напоминавшему кладовку без окна.

«Полковник Поляков стал Коммандос в Судане? Может ли быть такое?»

Майор Малов снова взял снимки, аккуратно разложил на столе. Снова всмотрелся, достал лупу и изучил их внимательно. Ошибиться никак нельзя, это может стоить не только погон…

Майор Малов скрупулёзно просмотрел снимки.

Загорелый поджарый мужчина лет сорока пяти, среднего роста, но с кривыми, несуразными ногами сжимал автомат Калашникова и смотрел прямо в кадр. Взгляд маленьких глаз на непропорционально вытянутом лице, казалось, пронзает насквозь. На следующем снимке этот же мужчина в белой чалме, светлой рубахе и широких штанах стоял всё с тем же автоматом Калашникова. Перед ним выстроились человек двадцать темнокожих мужчин, с почтением взиравших на него.