Подозрительные предметы

Женя носил крепкий кожаный пояс, как у боксёров, с красноречивыми белыми буквами: «BULL». Строгий чёрный спортивный костюм, серебристые часы на правой руке, забранные в хвостик чёрные волосы. Женя пил тёплую воду из кулера.

Действительно, бык, размышляла Тина. Провинциальный, хамоватый. За задницу горазд ухватить – впрочем, в каком-то смысле это и есть его работа. Все его друзья – такие же глыбы, как он, их разговоры тяжело слушать: камень с камнем говорит. Всё-таки неправильно, когда у мужчины на стене вместо каких-нибудь голых тёлок висит плакат со Шварценеггером.

А всё-таки – сила. Сила и способность ударить – даже нет, не ударить, а одним своим видом дать понять, что лучше не связываться. Этого, пожалуй, и не хватает всем этим щуплым Ромео, которые меня окружают. Эх, Женя, тебе бы мозги! Хотя бы как у меня…

It’s a beautiful life, o-o-o-oh

It’s a beautiful life, o-o-o-oh

It’s a beautiful

– Алло.

– Кристина Эдуардовна?

– Да, это я. Говорите быстрее, я сейчас бегу.

– Это вас беспокоит ООО «Колизей-сервис». Вы у нас заказали пылесос.

– Какой пылесос, я ничего не заказывала.

– Ну как же. Заказ номер триста семьдесят четыре девятьсот восемьдесят шесть на сумму три тысячи девятьсот девяносто десять рублей. Беспроводной полноприводный пылесос Паркинсон Ща-тридцать.

– Что за бред? Какой пылесос, вы в своём уме?

– Конечно. Всё хорошо. Замечательный пылесос. Сделано в Германской Демократической Республике. Мы вам скидку сделали – и телескоп в подарок.

– Это какой-то розыгрыш? Передайте заказчику, что не очень смешно.

– Конечно, не смешно. Это не розыгрыш, а реальная жизнь.

– Актёрские данные у вас не очень. Раскалываетесь быстро.

– Твоё время колоться, милая. Что на тебе сейчас надето?

– Урод!

Она скинула звонок. Подошёл Женя:

– Какие-то проблемы, Тиночка?

– Нет-нет, всё в порядке, как раз программа подходит к концу, – и заулыбалась, что было сил.

В метро Тина порылась в айфоне: да, вчера вечером звонили с того же номера.

Сохранила контакт в телефонной книжке как «Не брать трубку 34». С некоторых пор она взяла за привычку так обозначать номера неудачных знакомств, чтобы сэкономить время и нервы, расходуемые на то, чтобы давать им отпор. На втором или третьем номере она решила, что нужно всё-таки отдать должное индивидуальностям каждого звонящего и стала их нумеровать.