Тайна красного чемодана

Я нагнулся, чтобы ближе рассмотреть следы; Дольчепиано любезно навел на это место фонарь.

– На злоумышленнике были надеты сапоги с тонкой подошвой, – заметил я. – Следовательно, это не был простой крестьянин.

– Вы думаете? – чуть-чуть насмешливо произнес итальянец.

Задетый за живое, я крепко прижал к мягкому гравию свою, обутую в большой грубый сапог, ногу и указал своему спутнику на получившийся от нее отпечаток.

– Видите? Что общего? А теперь попробуйте вы, – добавил я, заметив легкие комнатные сапоги автомобилиста.

– Если это вам доставит удовольствие, – усмехнулся тот, пожимая плечами.

След его сапога получился совершенно тождественным со следом, приписываемым мной убийце.

– Ага! – торжествующе воскликнул я. – Сравните! Разве можно смешать? У незнакомца были сапоги, подобные вашим.

– Что же это доказывает? – спокойно возразил Дольчепиано. – А у вас простые, грубые сапоги. В горах по одному этому трудно судить о социальном положении человека.

– Но у него были сапоги на тонкой подошве, которых не надевают для прогулки по горам.

– Положим! – согласился итальянец. – Но…

Наши взоры одновременно устремились на какие-то два предмета, темневшие в нескольких шагах от нас около стены туннеля.

– О! – воскликнул я, подбегая к ним.

– О! – как эхо, повторил итальянец.

Перед нами лежала пара огромных, грубых, подбитых гвоздями сапог.

– Они не могут принадлежать жертве, – разочарованно сказал я, снова бросая их на землю.

Мой спутник поднял их и стал разглядывать.

– Впрочем, может быть… – снова заговорил я, – может быть, убийца обменялся обувью с своей жертвой… Но где же в таком случае ноги? Опять что-то непонятное! Во всяком случае, можно предположить, что эти сапоги принадлежат убийце.

– В силу чего, я беру их с собой! – спокойно заявил автомобилист. – Думаю, что вы не захотите отдать в руки властям такое ценное доказательство.

– Конечно, нет! – машинально ответил я, занятый своими мыслями.

– Кроме того, можно еще предположить, что в настоящую минуту убийца разгуливает в сапогах своей жертвы.

– Если он их уже не снял, – добавил Дольчепиано.

– Ну, – произнес я, окидывая вокруг себя взглядом, – теперь, я думаю, нам здесь больше нечего делать. Мы собрали довольно ценные сведения, теперь остается только в них разобраться. Пока сделаем вывод: господин Монпарно был убит в вагоне выстрелом из револьвера, и тело его было сброшено с поезда в туннель.