Я вас поглажу мягкой лапой

В лисьей шапке и в красном халате

Он возник и присел за мой стол:

Не скучай этой ночью, солдатик,

Ты налей-как мне водки грамм сто.

Слово за слово, сдвинув стаканы,

Он мне мой гороскоп рисовал,

Выйдет так, что издам я романы

И стихи, что недавно писал.

А свинья – это вроде копилки,

Сохранит все, что скопишь за год,

Может, все превратится в опилки

Или скопится пачка банкнот.

В царство Цинь был всегда казначеем, —

Говорил мне колдун Лю Миньго, —

Вел учет я доходам, трофеям,

Что свозились ко мне каждый год.

Привезли мне однажды две книги,

Их писали Хайям с Рудаки,

Я бы продал себя за любовные миги,

Счастье в деньгах найдут дураки.

Не люби продающихся женщин,

Ни за деньги, поход в ресторан,

Не носи ей шикарные вещи,

Не давай ей глядеть в свой карман.

Мы с ним долго еще говорили

Про политику, Дальний Восток,

Как цари своих подданных брили,

У кого и какой потолок.

Как допили последнюю чарку,

Так исчез и колдун Лю Миньго,

Вмиг исчезли волшебные чары

И подумалось, кто же был кто?

Он со мной говорил по-китайски,

По-китайски и я отвечал,

В первой жизни и я был китайцем

И в Пекине Лю Миня встречал.

Вот ведь жизнь нас куда разбросала,

Разделяют нас с ним зеркала,

Мы не помним у жизни начала

И не знаем, где наша скала,

Что стоит, как трамплин на дороге,

И с нее то ли вверх, то ли вниз,

И уходят навеки тревоги

За изданье написанных книг.

Головная боль

Постоянно болит голова,

Покоя ни днем, ни ночью,

Смешались в обрывки слова,

Картинки порвались в клочья.

Вокруг улыбаются лица,

И солнце приносит им радость,

Оно и по мне струится,

Стираю платком эту гадость.

Все люди привыкли к боли,

Сказали – и я привыкну,

Как только я выйду на волю

И я вам об этом крикну.

Образцовые гусары

Гусаров, право, образцовых

Я в жизни буйной не встречал,

Быть может, вы из этих, новых,

Что ходят трезвыми на бал,

Что крутят ножкой в менуэте,

На мизер падают с тузом

И любят девочек в балете,

Глядят на всё одним глазком,

Как будто вечер был заснежен,

Стояли лошади в кругу,

А дамы с веером в манеже

В окно смотрели на пургу.