Слезы ангелов

Сбитые в кучки по три-четыре человека, ренегаты в грязных, заношенных одеждах, напоминавших скорее истлевшее тряпье, сидели или лежали на полу и по углам вестибюля, уставившись в пространство мутными стеклянным взглядами. Находясь под действием дешевых, синтезированных кустарным образом энхансеров, сейчас они видели перед собой не грязный вонючий вестибюль заброшенного дома, и тем более не вошедшего внутрь агента БПК, а далекие фантастические миры.

Картер оглядел ренегатов, но не увидел среди них Шимари.

Скрыться отсюда он мог только по лестнице (лифты в этой дыре давно не работали) или же по коридору, который вел к квартирам первого этажа.

– Куда пошел высокий тип с лысой головой? – спросил Картер у торчка в углу – молодого парня с длинными засаленными волосами, взгляд которого показался ему чуть более осмысленным, чем у других.

Ренегату потребовалось несколько секунд, чтобы понять вопрос Картера, после чего, вылупив на него затуманенные глаза, он мотнул головой в сторону лестницы.

– Спасибо. – Картер кинул ему визитку центра помощи ренегатам: конечно, он сомневался, что торчок обратиться к специалистам, но чем черт не шутит. В практике Картера бывали редкие случаи, когда по его наводке ренегаты, в которых еще теплились остатки человеческого, приходили в центры помощи.

Картер поднимался по грязным, заплеванным ступеням, преодолевая пролет за пролетом. Сверху доносился громкий топот шагов: такой убийственный грохот могла издавать только излюбленная обувь Шимари – массивные ботинки на увесистой подошве.

Восьмой этаж, девятый, десятый…

Продолжая подъем по лестнице, Картер маневрировал между ренегатами, которые лежали или сидели на ступенях. Рядом с некоторыми из них валялись инъекторы с пустыми пластиковыми ампулами, в которых дилеры продавали энхансеры.

Вдруг один из ренегатов схватил Картера за руку.

– Куда прешь? – прорычал он.

Свет из разбитого окна упал на распухшее, перекошенное от злости лицо с налитыми кровью глазами.

Судя по всему, ренегат только недавно подсел на энхансеры, а потому в его поджаренных мозгах сохранилось не только сознание, но и бурлила едва сдерживаемая агрессия, готовая прорваться наружу в любой момент. Подобные вспышки ярости были отличительной чертой большинства ренегатов.

Картер знал, как вести себя с такими ублюдками. А еще он понял, что уже несколько секунд не слышал топота, который издавали ботинки Шимари.