По лабиринту памяти. Повести и рассказы

А когда вечером девушка легла спать не на журналах, а на подушке да ещё сразу заснула, «злыдня» была реабилитирована окончательно.

Стоя перед потемневшими иконами, бабка долго молилась. Она благодарила всех святых угодников за ниспосланный покой рабе божьей Марии, молила их послать ей долю счастливую, здоровья ей и деткам её предбудущим. Не была забыта в молитвах и раба божья Людмила, «аки вразумившая чадо глупое, неразумное» – хоть Людмила и партийная, но тоже человек, значит, раба божья.

Перекрестившись в последний раз и поклонившись образам, перекрестив спящую Машу, бабка с чувством выполненного долга улеглась на свои полати.

В дом, наконец, вернулся долгожданный покой.

Глава 15

Костю так же, как и Машу, закружил водоворот неотложных дел. После работы – тренировки перед городскими соревнованиями по волейболу, по вечерам – подготовка к сессии. Он с трудом выкраивал время, чтобы навестить Валентину. С Аликом, теперь уж Альбертом Леонидовичем, инженером «Гомсельмаша», он часто встречался на заводе, перекидывался парой слов.

А вот Валентину видел крайне редко.

Сегодня воскресенье, можно съездить.

Они занимались стряпнёй. Валентина – в халате, в растоптанных тапочках и с косынкой на голове – раскатывала тесто, вырезала бокалом кружочки. Алик накладывал на них мясной фарш и ловко превращал все это в пирожки.

Костя попробовал повторить манипуляции Алика. Нет, вышел безобразный комок из теста и мяса.

– Как это у тебя получается?

– Женись, и у тебя получаться будет, – подмигнув Валентине, ответил Алик и добавил с гордостью: – Я даже кексы стряпал!

– Молчи уж, кулинар, – Валентина шутливо щелкнула его по лбу пальцами.

 – Хорошо, хоть кухню тогда помыть успел к моему приходу.

Она полотенцем вытерла муку со лба мужа и отправила их в комнату.

– Дальше я сама. Лерку отгоните от телевизора.

Потом они пили чай с этими пирожками. И было так хорошо, так уютно в этой малометражке, что Костя впервые в жизни позавидовал чужому счастью.

Он вдруг тоже захотел, чтобы любимая женщина в домашнем халатике раскатывала тесто, шутливо щёлкала его по лбу, потом вытирала полотенцем муку с его лба. А он, Костя, лепил бы это кулинарное чудо так же ловко, как Алик. Но для того, чтобы чудо получилось, надо, оказывается, жениться.

Уже подходя к общежитию, Костя подумал:

– Интересно, а Маша умеет стряпать пирожки?

Маша умела стряпать пирожки, но в это самое время она стряпала сибирские пельмени.