Франсуа и Мальвази. I том

Здесь он немного задержался в диком саду, вышедшим за ограду. Необходимо было незаметно взглянуть на незатронутость места схрона. Далее поехал около высокой стены тела уже самого дворца, завернул за круглый угол башни Любви, как называли здесь эту возвышающуюся над стенами тонкую круглую башенку овеянную романтическими легендами.

Далее проехав возле высоких стен с выступающими бойницами, он выехал на дорогу и после этого более чем полумилевого объезда въехал в ворота.

Стараясь не привлекать к себе внимания сдал Мэра на конюшню, далее незаметно по обходной дорожке через оранжереи добрался до преддворцовой оранжереи, откуда попал в галерею, уже в самом дворце.

По одному богу известным приметам, Метроне сразу почувствовал что что-то не так… он долго не мог понять, пока не вспомнил прежний оживленный и шумный Сан-Вито. Во дворце царило болезненное спокойствие.

Пройдя в широкую, с высоким потолком залу, расписанную ажурными красками он остановил мальчика-пажа, спросил:

– Как здоровье князя?

– Говорите тише, приказано говорить шепотом…

Метроне направился на второй этаж к медицинскому кабинету главного врача дону Мастеро.

Своим вторжением мешать ему не стал, а дождался его выхода в коридорчике рядом же.

– Дон Мастеро! Дон Мастеро! – окликнул Метроне.

– Да! И пожалуйста, говорите потише.

– Увы как горестно осознавать, что настали такие горестные времена.

– И не говорите сеньор Метроне.

– Как вы меня знаете?

– Вы состоите на службе у его сиятельства…

– Точно так! И поэтому вы понимаете, я должен сообщить монсеньору о печальном известии.

– Да, его состояние прямо скажем не завидное… наследственная болезнь, что тут говорить.

– Он еще жив м-м-м, что же его смерть неминуема?

– Это последний кризис, если организм сам не справится с этим состоянием. С каждым днем все хуже и хуже. Если так дальше пойдет, то думаю ему несколько недель остается на этом свете жить.

– А что и у сеньорины…? – с неподдельной тревогой спросил Метроне.

– Нет, на дочь болезнь не перешла, и у маркиза с самого детства никаких судорог не замечалось. Эта наследственная болезнь повторилась после определенного колена. У них в роду случай один нехороший был. А князь родился мертвым ребенком. Покойная герцогиня незадолго до родов заболела. Только поэтому болезнь и схватила его одного.

– Я так боюсь всего этого.