Черный кабриолет, или кабриолет без дверцы. Из четверологии романа «Франсуа и Мальвази»

Смелости вторично остановить шефа хватило только Дармаглоту, имевшему неоспоримое алиби.

– Шеф, Гнус не виноват.

– Я не виноват! – выкрикнули из толпы. – Я ехал с вами!… И так же кралю мацал, это каждый подтвердит, – оправдывался тот, на ком лежали кучерские обязанности.

– А кто виноват!!? Что рыдван сам по себе развернулся и ехал? Странные дела пошли, боговая мать! То без управления едем, на полицию наскакиваем… то здесь сквозь землю проходят?

– На вознице все-таки кто-то сидел. Я подошел подумал снова Дармаглот сел…

– Шеф, мы разбирались, все мы вместе были…

– Понятно.

– Хвостов не за кем не было!

– А то смотрите мне, кто заложит это место, потом узнаю, хоть на галерах достану. Ну, и дела пошли.

* * *

Эртени, уж коль себя он так называл, очнулся лежа в кровати во вполне сносном, подвальном помещении, определенном по тому немного влажному и тяжелому воздуху, который образуется только в подвалах.

Комната в которой он находился не имела доступа свежего воздуха и солнечного света, но была освещаема прежде затушенной свечкой, стоящей рядом на бочке. На ней же он обнаружил и чашку с вполне сностным содержимым для человека не евшего вот уже несколько дней и потерявшего столько крови.

Без ложки оприходовав похлебку потянулся за стаканчиком красного вина, но глотнув, выплюнул и отставил сей горячительный напиток в сторону.

– Вы привыкли к хорошим винам? – спросил его узкоглазый азиат из-за двери.

– Кроме морса ничего не пью! – отрезал он, отвернувшись к стене, не желая поддерживать обременительный для его сил разговор, желая хоть немного отдохнуть наедине.

В следующий раз Саидка пришел, когда лежащий на постели о чем-то громко взывал, точнее он и пришел именно на зов.

Лежавший на кровати в бессилии дергал ногами рискуя перекрасить свои пока еще белые, а кое-где уже серые перевязки в красно-алый цвет.

– Э! Я не вынесу этого ужаса лежать таким грязным, я хочу вымыться, черт возьми!

– Сейчас вам нельзя, у вас открытые раны.

– Это что, я буду ждать пока они закроются?! У меня за спиной и на голове земля, ты понимаешь какие муки мне приходится ощущать, дурак?

В сей же момент обозвавшийся получил такой резкий удар в место, где рождается вздох, что после этот вздох у него не родился, пока тот кого звали Саидкой куда-то не ушел.