Последние из Валуа

– У маркиза Тревизани? Да, да… славный человек этот маркиз Тревизани… А! Сударыня, теперь я припоминаю, что действительно встречался с вами… вы ведь – простите за откровенность – из тех женщин, увидев которых лишь раз, уже не забудешь… Но… вы, вероятно, тоже помните, какое ужасное горе постигло меня в Венеции? Такое горе, которого я не в силах забыть… Мой бедный Конрад де Верль!

Под влиянием какого-то страшного воспоминания господин де Ла Мюр вдруг словно оцепенел.

– Отец! – прошептала ему на ухо Бланш.

– Да, ты права, доченька! – промолвил барон, беря себя в руки. – И о чем я только думаю! Сегодня я не должен печалиться. Не угодно ли вам присесть, госпожа графиня; вы здесь у себя! Клод Тиру! Вина, мой друг, вина!.. Пью за ваше здоровье, сударыня!

Графиня, усаженная по правую руку от барона, легонько чокнулась кубком с кубком хозяина замка. По знаку Бланш Альбер Брион, ее паж, подал иностранке кушанье. Веселье, прерванное на несколько минут прибытием графини, возобновилось; один лишь господин де Ла Мюр, казалось, все еще преследовал некую мрачную мысль.

– Позвольте задать вам один вопрос, сударыня. Хотя я, во имя настоящего торжества, и не желал бы возвращаться к такой грустной теме, но тем не менее не могу удержаться от просьбы сообщить мне кое-что… Это для вас едва ли будет особенно трудно, так как вы едете из Венеции.

Графиня кивнула в знак согласия.

– Я к вашим услугам, господин барон, – ответила она, – и очень рада, если могу чем-либо быть вам полезной.

– Ну-с! Раз уж вы посещали дворец маркиза Тревизани в то самое время, когда я был одним из его постоянных застольных товарищей… вместе с моим двоюродным братом, Конрадом де Верлем, – вы, случаем, не помните, как внезапно и ужасно у него была отнята жизнь?.. О, как вам не помнить! Вся Венеция была взбудоражена тогда этим гнусным преступлением… Он вечером ушел от меня таким веселым, а утром его нашли мертвым в постели, отравленным, как поговаривали, чудовищем в женском образе, Еленой Тофаной, которую он имел несчастье любить.

– И покинуть… Да, я помню, господин барон, что смерть шевалье де Верля приписывали Елене Тофане. Но ведь ничто не доказывает справедливости подобного обвинения: кроме Тофаны в Венеции найдется немало женщин, способных отомстить оставившему их любовнику.

– О, полноте, госпожа графиня! Вы несправедливы к венецианкам!..