Железная лига

Такинянка, взмахнув крыльями, перелетела на другое место, но уже через мгновение, взмыв в воздух, опустилась рядом со мной, пряча свои крылья за спиной. Ее появление вызвало у меня улыбку и какое-то внутреннее облегчение, мне так не хотелось потерять Натали, еще даже не обретя.

– То, что произошло сегодня, должно остаться сугубо между нами, иначе мне придется опять бежать и прятаться от всего мира. Я надеюсь на твою порядочность, Андрей… – она посмотрела на меня и, взяв мою руку, прижала к своей груди.

Девушка не сводила глаз с моего лица, она как будто изучала Андрея Звягина, пытаясь понять, что он за человек.

Солнце уже практически погрузилось в море, и лишь небольшая дуга все еще пыталась наблюдать за тем, что происходило за Белой горой. Натали стояла передо мной, и мне показалось, что она начала замерзать, ведь на ней кроме купальника ничего больше не было, а ветер, который вдруг поднялся, явно не предвещал тепла.

– Не бойся, просто хочу согреть тебя, ты почти… – мне хотелось сказать «голая», но я не решился на это и продолжил, – очень холодно здесь, боюсь, как бы ты не простудилась…

– Я? – залилась она своим звонким смехом, – нет, что ты, Андрей! Я не чувствую холода, потому что контролирую температуру своего тела, а вот если ты сам замерз, то могу согреть тебя.

Она прижалась ко мне всем своим телом, и я почувствовал как тепло, которое от нее шло, стало проникать через мой комбинезон – это было очень приятно.

– Так ты поэтому избегала всех, боялась, что в тебе узнают такинянку и сообщат правительству? Тогда возникает закономерный вопрос, почему ты решила открыться, что во мне такого особенного, чего нет в других?

– Я не до конца была уверена, хотя почувствовала какую-то искренность по отношению ко мне… Это был риск, но теперь вижу, что он оправдался, – девушка еще сильнее прижалась ко мне.

Я почувствовал ее еще более отчетливо, от чего перехватывало дыхание. Натали поняла это и освободила меня от своих объятий, нежно погладив по щеке. Она развернулась и проследовала к тому месту, где оставила свою одежду. Ее силуэт отчетливо вырисовывался между камнями в последних лучах заходящего солнца.