Время нелюбви. Книга 2

Но она так ни разу не захотела встретиться со мной и от денег категорически отказывалась.

Алексей молча кивнул головой:

– Если она не берет моих денег…

– Это она зря. Ты себе представить не можешь, как трудно живется в России.

– Почему же не могу? Вон телевизор, как посмотришь на ночь нашу передачу, считай, не заснешь.

– Кстати, переключи на нашу программу, сейчас должны быть новости.

Увидев знакомую заставку, Александр удовлетворенно вздохнул:

– О, оказывается, здесь все как у людей, смотришь наше телевидение?

– Да вот, смотрю и удивляюсь, – поморщился Алексей.

 – Нигде в мире журналисты не ведут себя так беззастенчиво. Ребятки даже не пытаются скрыть свою ангажированность. В стране творится черт-те что, и все молчат, правозащитники тоже. А уж у кого, у кого, а у них работы должно быть невпроворот.

– Я наше телевидение почти не смотрю, – отвернулся от экрана Александр. – Помните, что советовал профессор Покровский своему ассистенту?

– Не читать советскую прессу во время обеда? – вспомнил Максим.

– Во-во! Его рекомендации снова актуальны.

– Удивительно, о насущных проблемах: безработице, бездомных детях, разбазаривании природных богатств – никто не говорит, ни одного хоть сколько-нибудь серьезного экономического анализа, – не мог остановиться Алексей. – Зато для всякой дряни – лучшее эфирное время. На всех каналах мелькают одни и те же рожи – «новые русские»! Откуда они появились?

– Но-но, поосторожнее с рожами: я ведь в некотором роде тоже «новый русский», – со смехом возразил Александр.

 – Но чтоб ты знал, сейчас формируется новый тип элиты – образованных, по-настоящему деловых людей…

– Как же, как же! Видели! Клерки с лицами роботов, «белые воротнички» американского образца двадцатилетней давности. Смешно! Почему они такие важные, почему пренебрегают опытом прошлого? Ведь исторические аналогии напрашиваются сами собой: каждый новый строй порождает новых «хозяев жизни». Их выдвигают на первый план, дают возможность повыступать, почувствовать себя небожителями, парней распирает от ощущения своей значимости, а потом – хлоп! Они в одночасье стали неправдоподобно пошлым вчера.

Сколько раз это повторялось: аристократы, буржуа, революционеры, партийцы… Марионетки в неведомо чьих цепких руках!

– Ну, Алеха, ты даешь! – серьезно посмотрел на него Александр. – Похоже, и вправду, «большое видится на расстоянии»… А ну их всех на фиг, переключи на местную программу.