Копилочка

Это мнимое веселье, эти кем-то придуманные праздники, эти закоренелые стереотипы поведения, которым подчиняется большинство людей, всё это навело на меня невыносимую тоску и чувство безысходности. Я уже стала подумывать о том, чтобы покинуть сие заведение. Мой взгляд устремился к выходу. Слово «выход» было написано белыми буквами, на зелёном световом коробе. Я рассматривала его и тяжёлую металлическую дверь, серебристого цвета, стилизованную то ли под вход в бункер радиоактивных отходов, то ли под выход в один их отсеков военного корабля.

Через эту мощную дверь постоянно сновали люди. Я стала медленно потягивать свой бокал и наблюдать за этой дверью. В неё входили молоденькие и не очень, девушки с горящими глазами, наряженные чаще безвкусно и вульгарно, и мужчины, в основном молодого и среднего возраста, лет до тридцати пяти, максимум до сорока. Вот она, целевая аудитория клуба – платёжеспособные мужчины и женщины, провоцирующие их тратить. Это машина и преследует она свою цель под видом непринуждённого праздника, и цель эта – деньги. Я посмотрела в сторону танцующих. Они продолжали зажигать. И мой взгляд снова устремился на дверь. В этот момент она открылась, и на пороге появился молодой человек, примерно моего возраста или быть может на год старше. Он привлёк моё внимание своей яркой оранжевой рубашкой и кудрявыми светлыми волосами. Я вообще-то не люблю оранжевый, он мне напоминает только дорожных рабочих и американских заключённых из кино. Видимо поэтому моё внимание и заострилось на этом человеке. Он был высокого роста, худого телосложения, немного сутулый. У него были длинные, тонкие, изящные пальцы. Он пришёл сюда ещё с несколькими товарищами. Они скрылись в толпе. Потом он прошёл мимо меня, на ходу махая кому-то рукой, встретил знакомых, сидевших за столиком, неподалёку от моего. Они тотчас налили ему рюмку водки, громко сообщая, что это – штрафная, за его опоздание. Они видно были очень хорошо знакомы с ним. Стали расспрашивать, как у него дела, как сам, что нового и так далее. Но он был не особо разговорчив, и судя по всему, на все вопросы отвечал расплывчато и коротко. «Ну, что трепаться, давай выпьем, за встречу!» – выкрикнул один из них. Все рюмки снова были наполнены. И их осушили разом. Потом компашка двинулась танцевать. Они шумели и отрывались по полной. Но мне кажется, что их веселье было таким неистовым, только от того, что все они уже порядком напились. В таком состоянии, люди смеются, даже если им просто показать палец.