Экстравагантная поэзия

У нас почти получилось: 5 месяцев намеренно не виделись. Ох, как это было тяжело!

И однажды на лекции аудирования меня осенило: не могу никому рассказать, мучаюсь, зато – могу написать! И безопаснее это сделать так, чтобы никто, кроме меня, не догадался. Аудирование, которое спокойно может спотыкаться в середине фраз, зажевывать пленку, портиться от времени, идеально для передачи

зашифрованных чувств. В придачу, на запись могут наложитьсяпосторонние шумы.

Я стала следовать шаблону урока и записывать нашу нелюбовь обрывками кассеты.

Разумеется, получилось не стихотворение, а дребедень. Но связанная дребедень, отражающая ситуацию иносказательно. Стало легче.

«Неразрешенное аудирование» полюбилось мне, я лелеяла свое произведение. Однако признать его художественным было очень сложно. Поэтому не видела для него дальнейшей жизни. Текст пролежал два года, никем не увиденный. Рискнула показать только трем близким друзьям, не объясняя, о чем стихотворение. Отзывы были такого характера:

1. «Что это? Стихотворение?! Ну, я ничего не смыслю в современной поэзии…»

2.

«Ммм… мммм… Какая-то ерунда… Но не простая ерунда, а связанная по смыслу. В целом мне нравится»

3. «Хм, это не стихотворение. Но точно художественное произведение. В нем проглядывается слабый сюжет или намек на него… А знаешь, меня цепляет. Оно остается в памяти. Такое ни с чем не перепутаешь. Но я бы его никогда не купил… даже даром»

Та-дам! Опускается занавес.

Но это было только начало.

После отзывов друзей я осмелела и решила, что текст все-таки непростой.

В нем что-то есть. Надо дать ему шанс. И показала на чтении стихов в литературном объединении «Серая Лошадь». Это был полный провал. Никто не понял, никто ничего не сказал. Только многозначительно помычали, покивали и быстро перевели тему.

А через два месяца стихотворение предложили к публикации:

– Давайте напечатаем «Неразрешенное аудирование» в следующем альманахе. Нам нужно что-то необычное, взрывное, неиспробованное. Такое произведение как раз подойдет.

И его опубликовали.

Через пару месяцев в «Серой лошади» печально объявили, что такой-то критик написал статью про последний выпуск альманаха, где в пух и прах растоптал все тексты. Только два произведения похвалил, одним из которых оказалось «Неразрешенное аудирование». Это была сенсация! Никто не мог поверить. Я тоже.

Стихотворение было отмечено как «свежая волна в поэзии», «настоящий авангард», «цепляющее», «оригинальный подход к творчеству».