Баскетболист и Нелли

На её стороне настоящий герой – значит, она на правильном пути и ей нечего бояться.

* * *

Придя в очередной раз к малышам, собаки застали следующую картину: Первый неустанно прыгал с одного контейнера на другой, по нему было видно, что занимается он этой глупостью уже давно; Второй, который был сильнее и упитаннее других, играл с задавленной крысой, вместо того, чтобы попытаться рассмотреть её в качестве завтрака; Третий же изо всех сил трепал журнал с красочными иллюстрациями. Похоже, слабые попытки приучить щенков к самостоятельной жизни пока не увенчались успехом.

– Надо всерьёз браться за них, иначе они так никогда не станут самостоятельными! – расстроилась Нелли.

– Первый, чем ты там занят? А ну марш вниз ко мне! Второй, тебя это тоже касается! Третий! Прекрати трепать эти дурацкие листы! Что ты в них нашёл? – без лишних вступлений пролаял Баскетболист.

– Но пап, ты же запретил мне играть с ботинками! А про журналы ты ничего не говорил! – надулся малыш.

– Вы что-нибудь ели с утра? Нет? Ну тогда марш искать себе пропитание, как мы вас учили. Держите нос по ветру, внюхивайтесь в каждый запах… вот так вот… сами не заметите, как повзрослеете, – командовал Баскетболист, наблюдая за тем, как малыши в конце концов принялись за дело.

– Быть отцом – нелегкая задача, – тихо пожаловался Баскетболист. – Сложно найти правильные слова для воспитания.

– Главное – не сдаваться. Разве не это твоё жизненное кредо? – на этих словах Нелли немного помедлила, задумчиво смотря куда-то себе под ноги.

Только теперь Баскетболист заметил, что его подруга склонилась над истерзанным журналом. Его края превратились в рваную труху, однако середина осталась нетронутой. От его блестящих страниц с красочными картинками веяло необъяснимой свежестью и лёгкостью, хотя журнал и валялся на помойке рядом с отходами. Нелли не умела читать (да и откуда бродяжке обучиться грамоте, да ещё и языку двуногих?), однако для того, чтобы истолковать смысл заинтересовавшей её фотографии, этого и не требовалось.

Объектив фотографа перенёс на глянцевые страницы огромный массив гигантского валуна сероватого цвета, запечатлев каждую «морщину» твёрдых пород. Через многочисленные прожилки, вкрапления и линии, испещрившие камень, уже не первую тысячу лет мчались семь таинственных фигур.