В начале была тишина

Луч скользил по шкафам, ящикам, столу. Свет коснулся окна, и в его проеме мелькнуло бледное пятно. Виктор успел заметить густую бороду, космы волос – и злые угольки глаз. В следующее мгновение костлявое лицо исчезло.

Виктор вскочил с кровати и, схватив карабин, выбежал из домика.

– Эй, а ну стой! – крикнул он во мрак.

Виктор завернул за угол дома, но там никого не оказалось. У стены возле окна притулились бочки и груда старого хлама. Было непонятно, как незваный гость смог настолько близко подойти к окну, ничего не задев и не опрокинув.

Виктор обвел фонарем территорию кордона: ни души. Косматый человек скрылся в лесу. Зоолог выругался сквозь зубы и вернулся в дом.

* * *

На следующее утро Виктор первым делом связался с базой.

– Берлинг, что за ерунда здесь творится? – выпалил он, едва сдерживая раздражение.

– Ты у меня спрашиваешь? – поддел Берлинг. – Что там у тебя?

– В лесу кто-то бродит. Человек. Вторую ночь он подходит к кордону, вчера я засек его на фотоловушке.

– Верно. Въезд в заповедник мы полностью контролируем с наших кордонов.

– Может, местные? Здесь есть какие-нибудь поселения?

– Твой кордон находится в самой глухой части заповедника, до ближайших обитаемых хуторов – сотни километров по непролазному лесу. Да ты и сам прекрасно знаешь, что местные в заповедник не суются. Слишком строгий охранный режим, проблемы с законом никому не нужны.

– Обитаемых? Значит, есть и заброшенные?

Берлинг на мгновение замолчал, словно что-то вспоминая.

– Недалеко от твоего кордона раньше находился хутор Хильяйнен. Но он уже лет сорок пустует – с тех пор, как запретили сплав леса по Лунте. Местные покинули Хильяйнен, там никто не живет. Хутор даже на новых картах перестали отмечать.

Вздохнув, Виктор подошел к окну. Моросил дождь. На столе дымилась кружка с кофе.

– Еще вопрос, – сказал Виктор, включая ноутбук.

– Ребята говорили, что их побольше стало в районе твоего кордона, но такое иногда случается, лето ведь жарким было. А что с ними не так?

– Слишком активные и явно чем-то встревоженные.

– Им же в спячку впадать пора, – удивился инспектор.

– Вот именно. Ладно, Берлинг, мне пора. Лисы ждать не будут, пока я с тобой наговорюсь.

Отключив рацию, Виктор запустил на ноутбуке трансляции с фотоловушек.