В бизнесе законы физики не действуют

– Пошли к Бекхану.

Они пешком поднялись на несколько этажей, хотя в здании был лифт и зашли в одну из больших комнат блока. Полка с книгами, две двухъярусные кровати свидетельствовали о жильцах-студентах. Однако здесь же имелся кожаный диванчик, офисный стол и другая мебель необщежитского происхождения. На стенах висели таблички с изречениями из Корана. В одну из стен была вделана дверь в другую комнату. Такого Сергей не видел, ведь комнаты в общежитиях никогда не соединялись, для двери пришлось бы ломать несущую стену.

– Ждите, – сказал Умар и вышел.

Они сели на диванчик. Сергей чувствовал себя неуютно, хотя вокруг была привычная общежитская обстановка. Он взял с тумбочки толстую зеленую книгу с золотой вязью и хотел открыть.

– Не стоит этого делать, – услышал он мягкий, но уверенный голос.

Дверь между комнатами открылась, и зашел молодой мужчина лет тридцати, в камизе – серой свободной рубахе и шальварах – такого же цвета штанах. В руках он держал четки.

– Ты же христианин? – продолжил вошедший.

Сергей хотел сказать, что он атеист, но передумал и положил книгу на место.

– Ас-саляму алейкум, – поприветствовал хозяина Алексей.

– Ваалейкум, – небрежно буркнул тот и снова вернулся к Сергею: – Это Коран! Брать его без омовения – макрух. Я Бекхан, а ты человек Сергея? – Он сел за стол напротив гостей.

– Да, типа со мной, – ответил за него босс. – Расширяемся, я тупо везде не успеваю.

– Слышал, ищете десять машин?

– Да.

– Иншалла. Почем брать будешь?

– Типа, смотря какая конфигурация. Но тридцать пять – потолок.

– Деньги есть?

– Безнал уже на счету. Если бы ты помог с обналичкой…

– Сколько?

– Двадцать процентов.

– Гм. – Бекхан нащупал бусинку на четках в виде креста, задумался. – Я знаю одного… кафира, он обналичивает под восемнадцать. Я дам телефон.

– Сколько?

– Я этим не зарабатываю. Харам. Бесплатно дам. Уверен, что все вернется сюда.

– Если сможешь поставить все, что нужно, – заметил Алексей.

– Все, что можно купить за валюту. Платишь долларами?

– Тупо не мое. За сто долларов на три года посадить могут, а у меня десятки тысяч.

– Мои братья меняют по хорошему курсу. Ниже тридцати. И безопасно.

– Твои ребята и безопасно?

– Не доверяешь? – прищурился Бекхан.

– Я подумаю.

– Квайс. Сейчас поставят стол.