Эспрессо ТВ

А то, что сегодня увидел Аргун, не имело определения на людском языке.

Мишка еще дышал, но любому было понятно – он не жилец. В Киеве в него кинули коктейль Молотова – намеренно, приняв за «беркутёнка». Хотя, наверное, тем, кто бросал, было без разницы. Они просто жгли врагов. Жгли беспощадно, целенаправленно и умело. И они сожгли Мишку.

Аргун посмотрел на истлевший окурок и выбросил его в урну. Мимо, рыдая и дергая плечами, прошли две женщины – наверное, родственницы. И не обязательно Мишки – вместе с ним лежало еще шестеро парней, двое уже умерли.

Аргун чувствовал – в нем зародилась ненависть. Такого он раньше не испытывал – даже к ду?хам в Афгане он относился просто как к врагам, у них были автоматы и гранатометы, они резали горло пленным – или заставляли принимать ислам, чтобы потом вновь обращенные сами резали горла бывшим однополчанам. Ду?хи были страшны в своей лютой ненависти к «шурави», но и Аргун не боялся. Рядом с ним плечом к плечу стояли его товарищи, он мог на каждого положиться, а что касается оружия – так его было не в пример больше, и оно было не в пример лучше.

И вот – война вновь вернулась к нему, сделав круговой оборот в четверть века. И забрала еще одного его друга – молодого веселого парня, младше Аргуна почти на двадцать лет.

– Интересно, смогу я сейчас, как и прежде, собрать и разобрать АК за тридцать секунд? – Аргун посмотрел на свои руки и криво усмехнулся.

Глава вторая. 26.02

Аргун прилетел в Симферополь на следующий день после похорон Мишки. Он созвонился со своим однополчанином Серегой, проживающим в Севастополе, узнал от него – что-то намечается, и сразу предложил свою помощь. Его Рубикон остался на кладбище – с обгорелым мертвым другом, которого похоронили в закрытом гробу.

Когда он сообщил о своем решении Яне, случился скандал. Подруга не понимала, что такого произошло, что нужно немедленно срываться и ехать куда-то. Причем непонятно, на какой срок – и заниматься непонятно чем.

Аргун отнесся к ее истерике спокойно – иного он и не ожидал. Тем более – Яна ломала его психику совсем недолго – всего каких-то пару часов до отъезда в аэропорт.