Картинки с выставки. Сборник рассказов

И услышала ответ «младшего брата», вернее, «сестры»:

– Если бы вы были нашей хозяйкой, вы бы их мигом на место поставили.

Даже не предполагалось, что они сами могут дать отпор «первосортным».

    2015 г.

Язык мой – враг мой

Каину дай раскаянье…

И не забудь про меня

(Булат Окуджава)

В пустом зале супермаркета две азиатки в униформе протирали полки и щебетали на родном языке, должно быть, о делах житейских. В «колбасном» отделе материализовалась сарделеподобная продавщица и гаркнула из-под пергидрольной соломы на голове: «Вы почему тут разговариваете на своем языке?!».

– Sorry, is in your shop allowed to speak only russian? – обратилась я к «колбаснице».

– Чего? – через паузу ошарашенно спросила она.

– Я спрашиваю, у вас в магазине разрешено говорить только по-русски? Или русским можно на любом языке?

– Можно, – тупо отозвалась ку-клус-клановка.

– Вот, спасибо, тогда колбаски мне взвесьте, пожалуйста.

Я вспомнила сценку в этом же магазине пару дней назад. Две сотрудницы (славянской внешности) выкладывали товар и громко, сварливо, на русском языке, препирались по поводу, кто из них, в чем виноват. То ли в «колбасном» другая смена была, то ли менеджер глуховата, а может, сама принимала участие в дискуссии, но никого не смущало присутствие покупателей и неэтичное поведение персонала.

Мои знакомые ереванские армяне очень требовательно относятся к своему русскому языку, и, хотя грамотно, почти без акцента, говорят по-русски (и по-английски), периодически извинялись за «плохой» язык. Я решила «закрыть тему»:

– Представьте, что я в Ереване говорю по-армянски. Интересно, насколько идеально бы у меня получалось?

– Столько лет среди русских живет, а все не научится чисто говорить! – «поливала» соседа знакомая бабуля.

– А вы – сколько лет среди греков и армян живете?

– Почти всю жизнь.

– Скажите: «Цавт танем»

– Цавутаным

– Говорили вам эту фразу?

– Говорила соседка, когда помогала за мамой ухаживать. Еще говорили…

– Эх, вы, столько лет вам говорят такие хорошие слова, а вы всё не можете научиться чисто по-армянски говорить. Знаете, как переводится?

– Нет, чувствую только, что-то хорошее, успокоительное.

– Конечно – «возьму твою боль» означает.

– Ох, ты! – всплеснула старушка руками.