Комната одиночества

Тот направляется восвояси, однако на подходе к дому его снова хватают, но уже другие стражи порядка, правда, на том же мотоцикле. Так повторится много раз, пока пьянице не придет в голову переплатить впятеро за то, чтобы его отвезли сразу домой. Или другое. Старпом корабля предлагает молодому врачу-лейтенанту найти покупателя для сбыта наркотиков. «Не поможешь наркоту толкнуть? Все поделим пополам!» Отказать напрямую как-то не по-мужски. Приходится изворачиваться, врать: «Знаешь, друг, ничего не выходит! Покупатель есть, но мне на хвост особисты сели, так что хочешь, с покупателем сведу, сам отдувайся».

Это надо было видеть, как старпом побледнел, радуется главный герой благополучному исходу.

Или такой случай. По оплошности команды посажен на мель корабль в дельте реки. Командование поднимает шум, ставит спасателей на уши. Но руководитель спасателей делает все для того, чтобы потянуть резину – через пару дней начнется сезон штормов, работы придется свернуть, а до весны корабль уйдет в ил по самую рубку, и все забудут про него.

Так оно и случается.

Герой «Комнаты одиночества» приходит к выводу, что те нравственные принципы, на которые, якобы, ориентируется вся страна, на практике оказываются горстью тлена, пустотой, иллюзией. Реальная жизнь в воинской части, в госпитале, в городке идет по своим дремучим законам.

Посмотришь, посмотришь на этих персонажей, и становится ясно – вот они, предтечи тех самых людей – вершителей будущих перемен. И вот он чернозем, на котором вызревали эти люди. Многие из персонажей романа наверняка станут в будущем теми крутыми господами, для которых основной закон жизни – беспредел.

Может быть, не сам начальник медицинского склада, воришка Виктор Петрович, или не сам замполит Воронин, а их сыновья, глядя на отцов, блестяще усвоят родительский урок и легко перестроятся в обществе, где главной почитаемой святыней станет газовый вентиль.

Александр Волков опередил время, и, возможно, сам того не ожидая, произвел вскрытие тела любимой родины и поставил точный диагноз – пациент скорее мертв, чем жив.

И тех слабеньких потуг к продолжению жизни, которые удалось зафиксировать в организме, хватит ненадолго.

В «Комнате одиночества» мы находим истоки сегодняшнего миропорядка и поэтому при чтении романа возникают фантомные душевные боли. Боли от того, чего уже нет, что кануло в Лету четверть века назад, но продолжает тревожить.

Мы не видим себя со стороны, поэтому наша самооценка часто бывает завышенной или искаженной.